Туан пожал плечами.

– Именно так об этом пишут во всех трактатах. «Любовный сидром» или «любовная слабость». Раньше это считалось болезнью, но в наш прогрессивный век…

– Просто скажи: это лечится?

Туан сдержал улыбку.

– Ваше Величество, судя по вашему брату – нет.

– О звёзды! – воскликнул Ромион и схватился за сердце. – Нет! Только не это… Почему из всех… Она? А это точно не пройдёт? – Он снова поймал взгляд дракона. – У некоторых же проходит?

– Понятия не имею, Ваше Величество, это же не болезнь. Но… если вы хотите моё честное мнение… Разбитые сердца так просто не починишь. Вспомните Тёмного Властелина. Любовь – это сила, я однажды просчитался, когда недооценил её. Приготовьтесь к тому, что вам будет только хуже.

Ромион выругался.

– И… Ничего нет, чтобы можно было облегчить это? Никакого зелья? Лекарства?

– Простите, Ваше Величество, но нет. Или я дал бы это вашему брату, когда он стал Властелином. Если вы помните, ему даже отсутствие сердца не помогло.

– Вот это я влип, – беспомощно пробормотал Ромион. – Что же теперь делать?

Туан решил считать это риторическим вопросом.

…Неладное первым заметил не Ромион, а его советник. Точнее, советник первым об этом сказал, а так – Ромион даже не обратил внимания, что его начали сторониться. И случилось это приблизительно спустя две недели после исчезновения Кики.

Советник сказал:

– Ваше Величество, с вами всё в порядке? Вам не следует показаться врачу или придворному магу?

Ромион удивился. Только что они как обычно обсуждали государственные дела – у кого купить новый камень для квартала сапожников, когда открыть городскую бесплатную библиотеку и не приурочить ли к её открытию ещё и новую галерею. Ромион соглашался перенести из дворцовой коллекции некоторые картины, но ни король, ни советник не были уверены, что его примеру последуют другие аристократы. К тому же надо было убедить меценатов, что идея хорошая, чтобы они привлекли ещё и свободных художников…

И тут вдруг этот вопрос.

– А в чём дело? – поинтересовался король, перебирая свои заметки.

– Ваше Величество, вы точно хорошо себя чувствуете? – Джек смотрел на него очень внимательно и при этом хмурился.

Ромион даже бросил взгляд в зеркало – но с отражением всё было в порядке.

– Да. А что?

– Вчера на площади, Ваше Величество, вся столица рыдала после вашей игры. А три дня назад ваш любимый трактир, куда вы отправились вечером, так стонал, что стража решила, там кто-то умер. И в начале недели, когда вы взялись за скрипку, камердинеров и лакеев, которые ждали у ваших покоев, пришлось успокаивать сильными лекарственными зельями. Мне продолжать?

Ромион отложил документы и откинулся в кресле.

– Последнее время я плохо сплю, – признался он. – Но это нормально – развод был тяжёлым. Все эти слухи… Традиционалисты среди моих подданных… – Ромион тяжело вздохнул. – Возможно, ты прав. Мои зелья давно поря менять…

Лекаря к королю вызвали в этот же вечер, и надо ли говорить, что Его Величество оказался в совершенно здоров.

– Как часто вы пьёте тонизирующее зелье, мой король? – спросил лекарь.

Ромион нахмурился.

– Последнюю неделю я пью только успокаивающее и снотворное. Я же сказал, что плохо сплю.

– И как часто вы их пьёте?

Ромион ответил и сам испугался.