Туан удивлённо посмотрел на него и зашипел от боли: Дея с силой дёрнула его за чёлку.

Тишина тем временем вновь сменилась восторженными аплодисментами: вслед за гоблинами на дорожке появились эльфы. Их в Сиерне как раз знали – впрочем, их везде знали. Говорили, что от эльфийских менестрелей невозможно избавиться – а это ведь совсем не правда, что все без исключения эльфы умеют петь.

На свадьбу от их королевства прибыла старшая дочь Его Величества, тоненькая, высокая и прямая, как палка, эльфийка. В белом она весьма напоминала берёзку, а взгляд имела о того надменный, что среди ликующей толпы это казалось даже смешным. Её свита старалась принцессе соответствовать – так эльфы и прошли к своей ложе, лица имея каменные, а взгляд высокомерный. Точно никак не могли понять, как они умудрились снизойти до этого праздника простых смертных?

Виола проводила процессию насмешливым взглядом и оттолкнулась от деревянного бортика ложи.

– И? Кто выше? Ромион или Ульрик?

Сидящий рядом с ней Дамиан только пожал плечами.

– Сомневаюсь, что император разрешит себя измерить…

– Король Ромион выше на два локтя, – отозвался Туан, разжимая пальчики сестры, вцепившиеся в его волосы. И, подняв голову, встретился с изумлённым взглядом принцессы. – Что?

– Ты-то откуда знаешь?

– Я посмотрел и сравнил, – ответил Туан. – Дея, ну хватит!

– Драконий глазомер, – объяснил Дамиан.

Виола усмехнулась, прошла к своему креслу, чинно села и помахала кому-то из слуг.

– Дея, дорогая, а хочешь мороженого? – На столик перед принцессой уже поставили заиндевевшее блюдо с разноцветными шариками, посыпанными шоколадной стружкой. – Жарко, кошмар!..

Маленькая драконица тут же оставила брата в покое, деловито слезла с колен и посеменила к принцессе.

– Ей много нельзя! – Туан вскочил и, как наседка, закружил вокруг сестры. – Виола, ты ей снова горло застудишь.

– А ты её своей заботой доконаешь. Тебя послушать – так я твою сестру уже добила… Дея, смотри – фиалка!

Вообще-то вся ложа была увита цветочными гирляндами, но Виола прямо на столе вырастила ещё одну фиалку, на ненормально длинной ножке и всю усыпанную золотой пыльцой. Малышка на неё посмотрела, хихикнула и дунула на цветок огнём. Пламени получилось неожиданно много – оно вполне могло бы спалить всю деревянную ложу; но Дамиан, не глядя, провёл в воздухе рукой, словно отмахиваясь, – и огонь потух.

– Туан! Научи её вести себя прилично, – огрызнулся демонолог.

Дракон вздрогнул и, с опаской оглянувшись на бывшего Властелина, закивал.

– Д-да, п-простите, она просто ещё маленькая…

– Дами, ну ради бога, не начинай. – Фея потянулась и подтащила забравшуюся было на стол, к мороженому, малышку. – Дея, давай, я сама тебе положу. Ты какое больше любишь: сливочное или клубничное?.. Правильно, зачем выбирать, если можно съесть оба?

Часы на дворцовой башне неподалёку пробили два, и счастливый жених в окружении гвардейцев изволил появиться. На площади снова наступила тишина, все ждали: вот Ромион вышел на специально для него построенный балкончик, вот ярко, радостно улыбнулся и, наконец, поднял руку в приветствии.

Площадь взорвалась овациями.

– Позёр, – вздохнула принцесса фей, глядя, как король спускается к помосту, где его уже ждёт один из самых богатых и влиятельных аристократов в Сиерне, герцог Феехт. Герцогу недавно исполнилось восемьдесят, от жары его клонило в сон, и он тяжело опирался о свой серебряный посох. Периодически герцог засыпал и тогда начинал оглушительно храпеть.