Дамиан, сглотнув, обернулся, обвёл взглядом притихшую площадь и, склонившись, подал руку жене.

Радужным сном, видением под розовой пыльцой и солнечным тёплым зайчиком показалась из кареты принцесса фей. Маленькая, тоненькая, усыпанная золотой пыльцой и сверкающая на солнце, как дорогая игрушка, она просто лучилось любовью, светом и добром. Ледяная, тревожная тишина от её улыбки разбилась сама собой. Облако уплыло, выглянуло солнце – Виола подала мужу руку, а вторую подняла и помахала, радостно улыбаясь.

«А-а-ах!» – выдохнула в ответ площадь. К фее потянулись, как замёрзший к огню, – все, даже гвардейцы, которые вообще-то должны были защищать её от зевак.

– Дами, поцелуй меня, – шепнула фея. – Пожалуйста? Я, кажется, перестаралась с флером.

– П-при всех? – Властелин покраснел.

Виола с улыбкой провела пальцами по его щеке. И встала на цыпочки, шепнув:

– Я твоя.

«А-а-а-а!» – разочарованно протянула площадь; и, волной, люди отступили. А потом захлопали в ладоши и кто-то закричал:

– Слава принцессе!

– Долгой жизни и счастья!

…Бывший Тёмный Властелин и наследница Садов шли рука об руку по красной ковровой дорожке, и их обсыпали розами, как молодожёнов.

– Как я это ненавижу, – прошептал Дамиан, отворачиваясь.

– Я тоже, милый, но улыбайся, прошу, – усмехнулась фея, встречаясь с ним взглядом. – Они же не знают, что мы с тобой оба такие безнадёжные социопаты.

– Кто?

– Да неважно… О господи! Дея! – Виола остановилась, выглядывая кого-то в толпе. – Де-е-ея!

– Виола, что ты делаешь? – схватил её за локоть Дамиан, но фея вырвалась и бросилась к гвардейцам у заграждения. – Пропустите, там мои друзья! Де-е-ея!

– Ви! – звонко завопила в ответ малышка трёх лет, сидящая на плече бледного юноши в форме элитной Сиернской школы. Он испуганно озирался – все взгляды вслед за принцессой обратились на него.

– Виола, – позвал Дамиан, – не нужно…

Фея осматрелась, нашла взглядом капитана гвардейцев и ослепительно улыбнулась.

– Пожалуйста, это мои друзья. Проведите их сюда, прошу.

– Ваше Высочество, это запрещено. – Казалось, капитану физически больно ей отказывать. – Я не могу…

– Виола, – снова позвал Дамиан, но фея отмахнулась. И, подняв подол платья до колен (площадь снова ахнула – ножки у феи и впрямь были симпатичные), полезла через заграждение.

– Ви! Ви! – вопила тем временем малышка, размахивая букетом позолоченных хризантем. Юноша, державший её на руках, кажется, больше всего на свете желал провалиться сквозь землю.

Перед принцессой фей расступились – народ раздался, как волны, образовав узкий, но свободный коридор. К ней с благоговением тянули руки, а оторопевшие стражники тем временем бросились следом, включая смертельно испуганного Дамиана, который, конечно, оказался подле жены первым. Виола ничего этого как будто не замечала: она торопливо прошла к «друзьям», улыбнулась и протянула руки.

– Дея! Как же я рада тебя видеть!

Малышка в ответ засмеялась, а юноша что-то прошипел принцессе. Та усмехнулась и потянулась к девочке.

– На ручки?

Вся площадь с умилением смотрела, как фея подхватывает малышку, сажает на плечо и строит смешную рожицу испуганному юноше-студенту.

Тогда-то до них и добралась стража.

– Это мой друг – мой и короля, – заявила фея, беря за руку бледного юношу.