– Дорогая, ты не могла бы присесть? – закончив с заклинанием, попросил Ромион.

Крыса широко улыбнулась, и глаза её блеснули (зловеще, как показалось Ромиону).

– Любовь моя, а давай я лучше тебя подниму?!

Ромион успел отшатнуться, поскользнулся на шёлке, чуть не упал, но вовремя схватился за прикроватный столик.

– Дорогая, – улыбался король уже из последних сил. – Тогда я вряд ли смогу заняться твоими волосами, а гости всё ещё ждут.

– Ох, уж эти гости! – поджала губы Крыса. – А мы бы могли так хорошо провести время!..

– Любовь моя, мы торопимся, – настойчиво повторил Ромион. – Прошу тебя, сядь.

Крыса взмахнула длинными и, наверное, приклеенными (раньше они казались Ромиону короче) ресницами.

– Твоё желание для меня закон, – сказала она, сев на кровать и повернувшись так, чтобы королю было удобнее. И, когда Ромион подошёл, добавила: – Тютюнечка мой!

Ромион чуть было не воткнул первую же шпильку ей в голову. Тишина, которая наступала в спальне каждый раз, когда Крыса умолкала, теперь показалась ему особенно гулкой.

– Прелесть моя, я же просил называть меня по имени.

– Но, любимый! – Крыса сделала попытку обернуться, и Ромиону пришлось отпустить её волосы.

– Дорогая, осторожнее, у меня шпильки. И они острые.

– Но, любовь моя! – Крыса, тем не менее, уселась прямо. – Я не могу называть тебя по имени! Твоё имя смешное! Оно тебе не подходит!

Ромион снова замер.

– Дорогая… – Вообще-то, когда он говорил таким тоном, бледнел и прятал глаза даже Тёмный Властелин. – Я последний раз…

Властелин Властелином, а вот Крысу это нисколько не смутило.

– Я хочу звать тебя Котёнком! – завопила она на всю спальню, и Ромион почувствовал, что краснеет. Слуги, гвардейцы, может, даже придворные в коридоре наверняка эту дуру услышали. – Потому что ты милый! Такой же, как котёнок! Мя-я-я-яу!!!

«А может, просто стукнуть её снова, а гостям сказать, что невеста ещё не пришла в себя?» – мелькнула очень соблазнительная мысль. Ромион целое мгновение серьёзно её обдумывал, потом выдохнул и взглядом поманил замершего в дверях лакея с подносом пирожных.

– Дорогая…

– Да, любимый!

– Хочешь сладкого? – Ромион взял пирожное покрупнее. – Мой кондитер просто волшебник, уж поверь мне. – И, не дожидаясь ответа, запихнул пирожное Крысе в рот.

Решение оказалось временное: жевала Крыса как под заклинанием ускорения. В итоге, расправившись с пирожным, она облизнулась и…

– Котё-ё-ёнок!!!

Ромион чертыхнулся.

– А-а-ай! Ты меня за волосы дёрну-у-ул!

– Прости, дорогая.

Сладкое мгновение тишины…

– Ну Котё-ё-ё-ёнок!!!

Ромион старательно зажмурился и о-о-очень сильно пожелал, чтобы всё это: свадьба, невеста, гости, слуги, шпильки, – провалилось в бездну к демонам. И эта бездна уже отчётливо ему представилась: огромная, бездонная, чёрная, засасывающая…

– Котё-ё-ёнок, мне скучно! – раздалось оттуда. – А-а-ай, ну мне же больно!

«Всё, – подумал Ромион. – Не могу больше».

И, когда принцесса снова завопила: «А-а-ай, я не хочу-у-у больше тут сиде…», Ромион рявкнул так, что звякнул хрусталь на столике и, кажется, даже задрожали стены и завибрировал пол.