— Спасибо, — ответила она. — О, морозно сегодня.

Джек, который стоял, прислонившись к внедорожнику и сложив руки на груди, поднял голову.

— Это мороженое? На завтрак?

— Нет, я сказала, что сегодня морозно.

— О. Ладно.

Ещё мгновение спустя он снова повернулся к ним.

— Так что это?

— Это чертовски вкусно, — ответила Гвен, откусив ещё кусок.

— А название у этого есть? — поинтересовался Джек.

Жуя, Джеймс развернул собственный заказ и прочитал напечатанную на салфетке надпись.

— Это… «Круассандвич».

— Хм. Это как круассан? С ветчиной? Сделанный как сэндвич?

— Думаю, ты уловил основную идею, — сказал Джеймс.

Джек покачал головой.

— Можешь купить себе, — сказал Джеймс. — Кафешка сразу за углом. Завтраки подают до десяти. Я же спрашивал, не хочешь ли ты тоже.

— Нет, спасибо, — твёрдо сказал Джек.

Они продолжили есть.

— Полагаю, ты знаешь, что всё это делает с твоими артериями? — спросил Джек.

Гвен кивнула.

— Круассан. Это как… масло в форме шрапнели. Не говоря уж об обработанной муке. Ты станешь вялой и неповоротливой.

— По крайней мере, — с полным ртом заметила Гвен, — я не страдаю от гипогликемии и излишней раздражительности.

— Я в порядке, — лукаво отозвался Джек. — Моё тело — храм.

— Конечно, — сказала Гвен.

Джеймс захихикал. Он скомкал свою салфетку и, поскольку урны для мусора в пределах видимости не оказалось, сунул её в карман.

— Ничтожество, — сказала Гвен, коснувшись его губ. Она доела свой «круассандвич», смяла салфетку и огляделась по сторонам, ища, куда бы её выбросить. Джеймс забрал у неё салфетку и тоже спрятал в карман.

— Вы двое такие милые, — сказал Джек. — Прямо блевать хочется.

— Так что, мы собираемся что-нибудь делать? — поинтересовалась Гвен.

— Извини, — ответил Джек. — Разве ты не должна была сказать «Спасибо, Джек, за то, что позволил мне сегодня поехать с вами»?

— Гипогликемия и раздражительность, — пробормотала Гвен в сторону, обращаясь к Джеймсу.

— Я всё слышал, — заметил Джек. — Что она сказала, Джеймс?

— Я сказала, — ответила Гвен, — что покончила с бумажной работой, и теперь я свободная женщина. И вообще, я здесь для фона.

— Для фона? — переспросил Джек.

— Джеймс считает, что ты так загорелся идеей поймать этого типа, что находиться с тобой рядом весь день будет слишком напряжно.

— Он так сказал?

Джеймс поднял руки.

— Не втягивай меня в это.

— Я здесь для того, чтобы вам было веселее, — сказала Гвен.

— Тогда слава тебе и почёт, — ответил Джек. Он ходил взад-вперёд, озираясь по сторонам. Мимо проезжали автомобили. Где-то вызванивал свою мелодию фургончик с мороженым.

— Ладно, мы довольно долго здесь пробыли, — решил Джек. — Ничего не происходит. Давайте немного покатаемся.

— А что насчёт него? — спросила Гвен, показывая на кого-то в дальнем конце улицы.

Джек посмотрел в ту сторону.

— Он из кабельной компании.

— А ты уверен?

— У него фургон кабельной компании, Гвен.