— Нет, — обрезал тот. — Я Хэл Трамбли. Хочешь ехать со мной — сядь и закрой хлебало, намерен трепаться — пошел нахер отсюда.

— Ну я останусь, если ты не против…

— Назовись хотя бы, чтоб я знал, кому рожу бить в случае чего.

— Рон Уизли, — с готовностью выпалил тот. — А…

— Закройся, я же сказал! Я смотрю в окно, мне хорошо, и не надо трындеть у меня над ухом. Усвоил?

— Гм…

— Будем считать, что это было "да".

Благодаря косоглазию Хэлу не было нужды поворачивать голову, чтобы знать, чем занят сосед. Тот копошился, вертелся, вздыхал и наконец спросил:

— А правда, что ты жил с магглами?

— Маугли?! — с невероятным удовольствием переспросил Хэл, заранее придумавший ответы на самые вероятные вопросы. — Ты меня явно с кем-то путаешь, чувак.

Рыжий пацан заморгал, видимо, ничего не понял.

— Слушай, — перешел в атаку Хэл. — А у тебя предки волшебники?

— Да! — заулыбался тот. — Мама с папой оба чистокровные, вот.

— С татушками? — с выражением спросил мальчик, поиграл бровями, как киношный злодей, а потом постучал себя по левой руке.

Рыжий сперва не понял, потом осознал и явно побледнел.

— Н-нет… — выдавил он.

— И как это их угораздило!

— А ты откуда?..

— Откуда — что?

Хэл умел и любил вести бессмысленные разговоры, поэтому Рона спасло только чудо: дверь купе приоткрылась, и внутрь просунулась симпатичная женщина.

— Сладости, мальчики? — спросила она.

— Я пуст, — честно сказал Хэл, отметив, что сглупил, надо всегда держать при себе хоть немного этих волшебных денег. У него были шиллинги и пенсы, а что тут с них проку?

— И я, — уныло произнес Рон, провожая тележку разносчицы голодным взглядом. — Вот бы перекусить…

— А тебе что, с собой не положили? — удивился тот. — Офигеть. Мне девчата и то кое-чего собрали!

Хэл выудил из саквояжа бутерброд и запустил в него зубы.

— Чайку б еще, — вздохнул он, — но фигушки, у нас термоса не нашлось.

С этими словами он достал бутылку газировки и запил скромный обед. Делиться он даже не собирался.

Сосед уныло жевал бутерброд с вареной говядиной. На его месте Хэл сожрал бы такое лакомство в один момент, чтобы никто не успел отобрать, а не строил страдальческую морду.

К ним снова постучали: на пороге обнаружился полненький мальчик.

— Вы жабу не видели? — спросил он безнадежно и явно изготовился заплакать.

— Не, чувак, не видели, — честно сказал Хэл, дожевав бутерброд, — а она какая из себя? Ну, большая или мелкая?

— Такая вот примерно, — показал ладонь мальчишка, сглотнув слезы.

— А где ты ее последний раз оставил?

— В нашем купе… — шмыгнул тот носом.