Трансфигурация Хэлу не давалась. Вернее, превратить-то он мог, но во что… Это мальчика расстраивало (такие возможности пропадали!), и он очень старался, что всегда отмечала профессор МакГонаггал.

Первый урок защиты от Темных Сил Хэл сорвал истерическим хохотом и парой вопросов об упырях. Информацию о них он черпал в трэшовом маггловском кино, поэтому юмора не оценила даже магглорожденная Грейнджер: она не смотрела развлекательных фильмов, только научно-познавательные.

— Готовься, у нас два урока зелий с Гриффиндором, — сказал за завтраком Драко и отчаянно зевнул.

Он был классической совой и очень плохо соображал по утрам. Вечером и ночью Малфой за пять минут мог написать эссе, решить задачку и так далее, но утром его трогать было нельзя. Хэл знал таких ребят, поэтому по мере сил ограждал напарника от преподавателей в первой половине дня, а тот взамен помогал ему делать задания по абсолютно непонятным для маггла дисциплинам.

— Ты сядь со мной, меня наш декан не съест… — Драко чуть не сунулся носом в овсянку.

— Я тебя сейчас отведу в туалет Плаксы Миртл. Макну мордой в стульчак. Да так и оставлю. Для будущих поколений! — раздельно произнес Хэл.

— Иди ты! — очнулся тот и душераздирающе зевнул. — Извини…

— Да я сам спать хочу, но ты уж возьми себя в руки! Я ж нифига не понимаю!

— Пошли, — вдруг сказал Драко и встал.

— Куда?

— Туда! Сунешь меня башкой под холодную воду, чтоб проснулся! А то у меня самого силы воли не хватает, — вздохнул Малфой.

— Знаешь, если у тебя хватает силы воли попросить — это уже немало, — серьезно произнес Хэл. — Погнали, а то опоздаем!..

Уроки зелий проходили в подземелье. Воздух здесь был холоднее, чем в замке, и руки покрывались гусиной кожей, даже если не глядеть на разную заспиртованную живность в банках, расставленных по стенам.

— Круто! — оценил Хэл. — Только предупреждать надо, что тут дубак! Я б хоть свитер надел, а то так и простыть можно.

Драко только вздохнул.

Снейп, как и Флитвик, прежде всего устроил перекличку по журналу и, как Флитвик, тоже остановился, произнеся фамилию Поттера.

— Ах, да, — тихо произнёс он. — Гарри Поттер. Наша новая… знаменитость.

Драко захихикал. Снейп закончил со списком и поднял глаза от журнала. Они у него были чёрными, пустыми и холодными.

— Здесь вы будете постигать изысканную науку и строгое искусство приготовления зелий, — он говорил совсем тихо, но все ловили каждое слово — профессор умел удерживать внимание класса. — Поскольку здесь не требуется глупого размахивания волшебной палочкой, многие из вас с трудом поверят, что это можно назвать магией. Я и не жду, что вы в состоянии оценить по достоинству всю красоту медленно кипящего, источающего мерцающие пары котла, утончённую силу жидкостей, крадущихся по человеческим венам, околдовывая разум, подчиняя чувства… Я могу научить вас, как настоять славу, сварить триумф, даже закупорить смерть, — если только вы не очередное сборище балбесов, коих мне обычно приходится учить.

За этой небольшой речью последовало длительное молчание. Грейнджер ёрзала на краешке стула, всем своим видом показывая, что её-то уж к балбесам никак причислить нельзя.

— Поттер! — вдруг сказал Снейп.