|
До сих пор ты — несомненно, по незнанию — применял свои способности такими методами, которым не обучают и которых не допускают в нашей школе. Ты не первый, кому случилось не в меру увлечься колдовством. Однако, к твоему сведению, из Хогвартса могут и исключить, а Министерство магии — да-да, есть такое Министерство — ещё более сурово наказывает нарушителей. Каждый начинающий волшебник должен понять, что, вступая в наш мир, он обязуется соблюдать наши законы.
— Э, мистер, придержите коней! — поднял руки Хэл. — Я ни хрена не понял. Значит, я че-то там использовал, но сам не понимал, и этому в школе не обучают, так?
— Да.
— Так это круто! Нахрена учить то, что всем известно?
— Но…
— Не, вы погодите… Дальше… Воровать плохо, это я сам знаю, а воровать, чтоб с голоду не сдохнуть — можно?
— Ну…
— Дальше поехали… Раньше меня не наказывали за эти как бы нарушения… И вы сказали, — заметил мальчик, — "волшебник должен понять, что, вступая в наш мир, он обязуется соблюдать наши законы", так? Ну а если я не собираюсь вступать в ваш мир и не обязуюсь ничего соблюдать, это ваше Министерство тоже меня накажет, если че?
— Но ты должен!.. — опешил Дамблдор.
— Я ни хрена никому не должен, — сказал Хэл и улыбнулся. — Только тем, кому пообещал заботиться о них, ясно? Толстому вон, Ленни, мелким девчонкам и прочим… Руки!
Он отпрыгнул к двери, сверкнул выкидной нож.
— Чтоб я руки видел… — повторил Хэл. — Фокусы вы знатно показываете, но вдруг это не просто фокусы?
— Это магия! — предпринял очередную попытку Дамблдор.
— Да-да, а я Гэндальф, — рассеянно потер висок мальчик. — Слушайте, мистер, я вижу, вам прямо не терпится меня утащить в эту школу? Ага… Так давайте заключим сделку!
— Какую? — насторожился тот.
— Простую. У нас есть девочка, ее изуродовал один… — Хэл проглотил непристойное ругательство. — Если вы вернете ей лицо в норму и вообще вылечите, я поверю, что вы волшебник, и пойду с вами. Нет — ну валите, откуда пришли!
— Но это недопустимое вмешательство… — начал было Дамблдор, но потом решил, что какая-то сиротка — ничтожная цена за этого мальчика, и закончил: — Я согласен. Где эта девочка?
— А мы у мистера Сандерса спросим, — улыбнулся мальчик. — Вот когда я увижу Розу здесь, живой, здоровой и невредимой, тогда я ваш. А пока — ариведерчи, как говорит Лаура! А, кстати, сэр, бабла у меня фиг да нифига! То, что вы видели — это общее, я оттуда ничего для себя не беру… ну только если совсем уж край.
— Это легко исправить, — сказал тот, переведя дыхание. — Я помогу тебе купить всё, что нужно.
— Офигенно, — ответил Хэл. — Я зверски рад. Буду рад, как только увижу Розу, помните? Где она лежит, вы у мистера Сандерса спросите, я сам не знаю.
— Непременно спрошу, — кивнул старик. — А ты держи вот письмо, тут список всего необходимого…
— Ага, спасибочки, — зевнул тот и сунул конверт под подушку. |
