|
– Вы, вероятно, знаете, что почти четыреста лет назад в здешнем детинце некоторое время содержались пленные польские шляхтичи, пришедшие сюда с войском Лжедмитрия. Некоторые так и остались, приняли православие, обзавелись семьями, перешли в подданство русского царя – словом, обрусели. Вот с одним из моих предков эта вещь и попала сюда, в Россию. Она к тому времени уже была семейной реликвией – охраняла воина в бою. Это заколка на плечо или на грудь, чтобы плащ не спадал в пылу сражения. Считается, что это работа самого Бенвенуто Челлини.
– Ну да?! – удивленно поднял брови Андрей, тут же скривившись от боли – потянул ранку. – Ох, извините калеку… Это же немыслимые деньги, если вещь такая старинная! Ваши родные не будут на вас в обиде, если вы ее продадите? Тем более если у нее такие свойства. Дама поджала белесые губы и обиженно опустила глаза. – Сын мой умер несколько лет назад, а внук с внучкой не вспоминают даже на праздники. Понятно – кому нужна старуха с грошовой пенсией… Так зачем я буду о них думать? – М-да, невесело… Но это ваше право. Знаете что… Давайте сделаем небольшой материал информационно-рекламного характера, а все предложения пусть поступают на адрес редакции. Чтобы мы могли контролировать ситуацию и обеспечить ваши интересы и, главное, безопасность? Как вам такой вариант? – Да-да! – снова обрадовалась дама. – Чтобы мое имя нигде не упоминалось… – Его будут знать только главный редактор, наш ответственный секретарь и я. Согласны? Дама охотно кивнула. – Да, но придется сделать фотографию… Минутку посидите? Андрей вышел в комнату главного и прикрыл за собой дверь. – Михал Юрич, а мы вообще-то своим делом занимаемся? Борода отвернулся от монитора: – Что ты имеешь в виду, сынок? Андрей присел на стул, где обычно восседал верстальщик. – А зачем нам эти хлопоты типа геморроя с этим Чевенуто Беллини? – Затем, Андрюша, – поучительно произнес Борода, не понявший его тонкого юмора, – что газета должна помогать людям, тем более читателям. – Ага… А… – А еще… Если вещь окажется ценной, мы возьмем с покупателя небольшой процент за посредничество, и наше издание продержится на плаву еще какое-то время. Полиграфию получше закажем, цветную вкладку сделаем… Разве ты против? – Да я-то нет… Я свою часть отработаю. Костьку на фотографирование объекта организуйте? – Хорошо, сынок. Как закончишь с дамой – пришли ее ко мне.
День прошел незаметно. За работой Андрей подзабыл о событиях последних дней, но вечером, оставшись дома один, почувствовал, как из темных углов его временного жилья полезли страхи – за Анну, которая находится в угрожающей близости к дикой природе. За себя. За их отношения. За припозднившихся девчонок, которых может задрать ни за понюх табаку свихнувшийся на сексуальной почве монстр. Или тот, кто под него зловредно косит. Позвонит ли Анна сегодня? Дошли до их мест слухи о страшном происшествии с Тамарой?… Сказать Анне правду, нет? Не испортит ли задним числом это событие воспоминание об их романтической встрече? Анна позвонила сразу после девяти вечера – уложила своих подопечных и сразу пошла звонить, так она сказала. – …У нас такие жуткие слухи циркулируют… Родители детей по мобильным контролируют каждые полчаса, нескольких до срока в город забрали… Ты что-то ведь знаешь?… – Ну да, знаю… Ты только, во-первых, не слишком переживай, а во-вторых, будь поосторожнее. |
