С тех пор сомнения не отпускали ее ни на миг. Чтобы отвлечься, она встречалась с друзьями, которые отчитывали ее за долгое отсутствие, ездила с Гайей на пляж, строила планы… А потом наступала ночь, и в тишине возвращались все те же неприятные вопросы. В Австралии ее ожидала блестящая карьера, которая, если уж называть вещи своими именами, стала заслугой Эрика — и вполне могла считаться его наследием. При этом муж вернуться к ней не мог, и Александра обнаружила, что одиночество угнетает.

Пару раз она отыскивала в памяти телефона номер Андрея, хотела позвонить… Это даже не было бы странно: австралийская ночь в Москве превращалась в вечер. Но всякий раз Александра не решалась нажать на экран. Она вспоминала последний разговор, который вышел куда сложнее, чем она ожидала. Ей казалось, что после такого она должна извиниться, или Андрей, или они оба, а потом она обязана что-нибудь пообещать… Но правильных слов не было, и Александра просто отключала телефон.

Кроме того, она пока не находила в себе сил вернуться в собственный дом — а без этого о переезде в Россию не могло быть и речи. После смерти мужа Александре достался коттедж, окруженный роскошным садом, и ключи от этого дома давно уже поселились у нее в рюкзаке. Но поехать туда она не могла, как будто дом способен был повлиять на ее решение… Поэтому она устроилась в отеле, принимавшем постояльцев с домашними животными, и никому не говорила об этом — потому что никто бы не понял. Да и к могиле мужа она пока не ездила…

— Если у вас есть такое желание, вы можете отправиться куда угодно, миссис Моррис, — заявил ее финансовый консультант.

Поехать к нему было проще, чем поехать домой. Как только вопросы с работой оказались улажены, Александра записалась на встречу и теперь сидела в роскошном офисе, затерявшемся в недрах зеркальной высотки. Финансовый консультант недовольно поглядывал на Гайю, устроившегося на белоснежном ковре. Чувствовалось, что хозяину кабинета очень хотелось вышвырнуть отсюда и рыжего пса, и девицу, которая плюхнулась в дизайнерское кресло в пыльных джинсах. Но цифры на мониторе заставили консультанта проглотить упреки и улыбнуться чуть шире.

— Я помню, что Эрик оставил мне какую-то там сумму на счету, но я за ней, если честно, в последнее время не следила, — признала Александра. — Если вдруг этот счет будет заблокирован… Получается, я потеряю все?

— С чего бы ему быть заблокированным?

— Не знаю… Ну, вдруг!

— У вас странное представление о гипотетических ситуациях, — покачал головой консультант. — Но для начала вы должны понять, что ваш муж оставил вам не просто какой-то счет. Он завещал вам все свои патенты, а это несколько постоянных источников дохода. Выплаты поступают в разные банки. Полагаю, мистер Моррис тоже не хотел бы оставлять вас с одним банковским счетом. Если вы волнуетесь о возможных рисках, никто не запрещает вам открыть еще один накопительный счет в любой стране мира — по вашему усмотрению.

— А если я перееду, скажем, в Россию?

— Если вы не под арестом, вы можете жить где угодно. Просто в некоторых странах вам будет чуть сложнее получать свои деньги, в некоторых — чуть проще. Я уже переслал вам выписку с примерным уровнем ваших доходов. Если хотите, я могу составить для вас проект инвестиций в конкретной стране по вашему выбору.

И все это означало, что последний подарок покойного мужа позволял ей всю жизнь не работать, если бы у нее возникло такое желание. Так что Александра уже не могла прикрыться страхом неустроенности в России. И все равно решение о том, чтобы окончательно сжечь мосты, никак не желало закрепляться…

Порой она замечала, что думает об Андрее чаще, чем о своей семье — и даже о собственном близнеце.