Эпилог

Когда рассвело, прóклятую мельницу, поддерживая друг друга, покинули двое. Двое? Разве лишь двое? Валантену чудилось, что за ними по пятам следует тень. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы удостовериться в том, что их сопровождает хрупкий силуэт мальчика лет двенадцати. Мысленно инспектор пожелал ему доброго пути. Ибо он знал, что им предстоит расстаться и что каждый из них отныне пойдет своей дорогой. Впереди у призрака Дамьена был долгий путь до Морвана. Если некий деревенский полицейский, бывший солдат, сдержал слово, там, на маленьком кладбище у опушки леса, недавно появился прямоугольник свежевскопанной земли, и Дамьен наконец найдет вечный покой рядом с той, которая так долго его ждала.

У Валантена защемило сердце, когда он прощался с этой частью себя. Если мертвых нельзя вернуть к жизни, их, наверное, можно навсегда поселить в своей душе. И это близкое соседство порой становится благословением, а порой – наказанием, которого никак не избежать.

Солнце просеивало первые робкие лучи сквозь подлесок, через который шли Валантен и Аглаэ, но ночной холод, застоявшийся здесь, на склоне холма, еще обдавал их ледяным дыханием. Инспектор, почувствовав, что девушка дрожит, снял свой плащ, набросил ей на плечи и обнял еще крепче, чтобы передать немного своего тепла.

Между стволами деревьев зыбко покачивались последние перья ночного тумана, и от их смутных, колышущихся, причудливых форм возникало странное впечатление, что все вокруг – нереально. Валантен смотрел на них и невольно видел очертания знакомых фигур, неосязаемые призраки, которые отныне будут сопровождать его повсюду. Призраки людей, которых Викарий недавно убил только потому, что они были дороги его, Валантена, сердцу, – Жанна, Клоп, Исидор. К ним присоединился и Фердинанд д’Орваль. Сможет ли Валантен жить как прежде с чувством вины оттого, что не сумел всех их защитить? Или он проклят и обречен до конца своих дней терзаться угрызениями совести?

Потом его мысли обратились к Аглаэ. Девушка пережила ужасные часы. Она не только лишилась пальца. Она сама отняла чужую жизнь ради спасения Валантена. В убитом ею человеке не было ничего человеческого, он был монстром, преступником, и тем не менее сумеет ли она вынести груз содеянного? Не случится ли рано или поздно так, что она возненавидит Валантена за то, что из-за него ей пришлось пройти это испытание?

Уже погибая в когтях терзавших его внутренних демонов, молодой человек вдруг почувствовал, как изувеченная рука Аглаэ коснулась его ладони. Рука нежная, но твердая. Рука, под шелковой полупрозрачной кожей которой бежала горячая и благородная кровь. Валантен ответил на ее пожатие очень осторожно, стараясь не задеть рану. Затем повернулся к девушке – и был потрясен горевшей в ее глазах непреклонной решимостью. Инспектор не знал, сколько времени Аглаэ на него так смотрела, пока он был погружен в свои внутренние переживания, но тотчас догадался, что она прочла его мысли с удивительной ясностью. А когда ее изможденное от боли и усталости лицо вдруг озарилось ободряющей улыбкой, он понял, что отныне и вовеки веков у него есть ответы на только что мучившие его вопросы. Пока еще Валантен не мог сказать, расцветет ли когда-нибудь их любовь бесстрашно и вольготно, но в одном он уже не сомневался – в том, что нашел союзницу, готовую быть рядом с ним в борьбе со Злом. Отныне они вдвоем будут бросать вызов тьме.

Рука об руку пара исчезла в лесном тумане.

От автора

Успех первого романа из цикла «Бюро темных дел» стал тем благословенным событием, о котором мечтает каждый писатель, и я был тем более этому рад, что энтузиазм читателей очень поддержал меня в крайне тяжелый и горестный период жизни. О первых приключениях Валантена Верна писал я сам, но многие люди поспособствовали тому, чтобы о нем узнала такая большая аудитория.