По дороге, проходя мимо клеток, где сидели старуха и убийца, остановился. Он вспомнил, что Хойсира убила себя и семью отравленным медом, который дала ей эта старуха.

«Почему ее еще не казнили?» — подумал он.

Затем внимательнее пригляделся к старухе.

— Ремгол, — обратился он к потерявшему человеческий облик наемному убийце. Тот зарос волосам, жил среди нечистот и больше походил на зверя. — Хочешь, я тебя отпущу? — Тот ответил звериным взглядом из глубины клетки. — А перед этим отпущу эту старуху, — не обращая внимания на молчание пленника, произнес Артем. — Дам ей шанс выжить. Ты найдешь ее и убьешь. Потом можешь быть свободным. Иди куда хочешь. Если сразу убежишь и оставишь ее живой, значит, к ней благоволит судьба.

Ремгол зашевелился и подполз к прутьям клетки. Ухватился за них рукой и произнес:

— Ты даешь мне свободу?

— Даю. Дам припасы, охотничье снаряжение. Ты не пропадешь. Доберешься до Черной пади. Там уже новые жители обустраиваются. Расскажешь о нашей крепости. Пусть знают, с чем будут иметь дело. Скажешь, Артам некромант объединил Озерный край и создал Озерное княжество. Что он предлагает жить мирно и установить границы между государствами. На войну он ответит войной.

— Хорошо, Артам, я сделаю, как ты велишь. Куда пойдет старуха?

— Ее вывезут по реке на восток, на день пути, и там бросят.

— Не хочешь ее убивать сам?

— Не твое дело, Ремгол.

— Я понял. Когда меня отпустишь?

— Завтра в это же время. Будешь крутиться вокруг города, найду и посажу на кол.

— Я тебя понял, некромант. Мне тут больше делать нечего.

Артем крикнул:

— Стража, позовите капитана Воржека.

Скоро тот явился.

— Воржек, старуху посадить на корабль, дать теплую одежду, припасы на три дня, и пусть ее отвезут по реке на восток, на день пути пешим ходом. Там ее выпустишь. А завтра, в это же время, выпусти Ремгола. Одень его тепло, дай припасы на день и охотничье снаряжение. Вывези в восточном направлении на три лиги от города и отпусти. Следить за ним не надо.

— Слушаюсь, ваша милость. Сделаю, как приказываете.

Старуха во время разговора молчала. Она безропотно пошла за стражей.

Артем пошел дальше в библиотеку, а из сумки вылез заспанный гремлун. Увидев его всклокоченную голову, Артем удивленно спросил:

— Свад, ты чего здесь, а не дома?

— Поссорились.

— И поэтому ты сбежал? Это, брат, не по-мужски. Что на этот раз стряслось?

— Луша не хочет быть баронессой и смеется надо мной, говорит, что таких маленьких баронов не бывает. Люди смеяться будут.

— Ну, в этом она права, Свад. Так ты уважаемый мастер, и тебя уважают за мастерство. А как барон будешь вызывать насмешки.

— Почему это?

— Человеческая зависть и злоба, Свад. Люди завидуют тем, кто добился больше их, и начинают искать в тех недостатки. У вас с Лушей это маленький рост. Я тебе так скажу, ты должен поддерживать свою таинственность. Вот тут твой рост будет играть на тебя. Чем меньше про тебя будут знать люди, тем больше будут уважать и бояться. Вот мои дружинники боятся, что ты им напрудишь в сапоги…

— А я и тем, кто будет смеяться над моим ростом, нассу в сапоги, — огрызнулся гремлун.