— И кто тебя после этого уважать будет? Скажут, барон тайно гадит в сапоги. Уважение потеряешь, Свад. И его уже не вернешь. А барон без уважения это не барон, это грязь под ногами.

— Да? Я как-то не подумал об этом. Что вы за создания такие, люди…

— Вы не лучше, Свад, — ответил Артем и остановил словоизлияния гремлуна. — Давай подумаем, как сделать жалованные грамоты для баронов. Пергамент особый, магический и все такое…

— Все такое, — передразнил его коротышка. — Из «всего такого» там нужна печать и больше ничего. Какой герб у тебя, как у великого князя?

— Герб?

— Да, герб. На печати должен быть герб. Сверху по кругу надпись: «Великий князь озерный». Снизу надпись: малая или большая печать.

— М-м-м… Значит так. Герб — золотая звезда, пятиконечная, в обрамлении венка из дубовых листьев, как мы делали для амулетов князей.

— Ясно. Уже проще. А что за магический атрибут будет на печати?

— А что обычно на ней бывает?

— А я откуда знаю? Я не князь и даже не барон.

— Ну, можно такой же атрибут, как у ордера, что был выдан Уильяму. Его нельзя было потерять, продать или забрать. Только добровольно передать или отменить.

— Это дорого будет стоить…

— Неважно. У тебя есть идеи получше?

— Думать надо. Ты спешишь? — уточнил гремлун.

— Нет, не спешу. Думай.

Они прошли в библиотеку. Артем сел на диван и огляделся.

— Пыли много, надо служанок позвать, — произнес он свои мысли вслух, — пусть приберутся тут. Ты надумал?

— Нет, Артем. Без «вискаря» что-то ничего на ум не приходит. О Луше думаю, — вздохнул гремлун.

Артем тоже вздохнул и подошел к бочонку. Наклонил его и нацедил в кружку самогона.

— На, мыслитель, — улыбнулся он. Гремлун схватил кружку, выпил. Вытер рот и блаженно улыбнулся.

— А что тут думать, Артем? — как ни в чем не бывало произнес он. — Ты прав. Сделаем такое заклятие, как ты говорил, и две печати. Малую и большую. Малую поставишь на жалованной грамоте баронам, большую — на такую же грамоту князьям.

— Ах ты проказник! — шутливо возмутился Артем. — Так ты меня развел на выпивку?

— Нет, конечно. Как ты мог такое подумать? — ответил довольный коротышка. — Просто мозги прояснились, и я понял, что нечего там городить. Ты же, Артем, молодец. Сразу определил параметры печатей. Вот что значит государственный муж…

— Льстец, — засмеялся Артем. — Давай, делай печать.

— А что ее делать? Сейчас положу заготовки на жертвенник, жемчуг и опишу, что нам надо. Утром деньги — вечером печать.

Артем спорить не стал.

— Ладно, занимайся, — сказал он, — а я пойду порыбачу. Давно на рыбалке не был, а в подземелье такие рыбины плавают, что ох… дух захватывает.

Он встал с дивана и направился к подземному ходу. Там у озера была лодка с удочкой, а в земле полно червяков. Рыбу тут ловили и до него. Он прихватил с собой светильник и вышел, оставив Свада одного.

Когда через час он вернулся с корзиной, почти полной рыбы, то застал в библиотеке Свада и Лушу. Парочка ругалась почем зря. При этом гремлун бил себя кулаком в грудь и кричал:

— Послушай меня, женщина! Я мужчина, и я определяю порядки в нашем доме.

— Только это мой дом, — уперев ручки в бока, ответила Луша, — и ты в нем приживала.