– Он хотел знать секрет акханды, секрет, который спас бы его.

Неждана кивнула:

– Боюсь, сейчас уже слишком поздно. Ступай… Это все, что я могу для тебя сделать.

– Ты отпускаешь меня?

Неждана пожала плечами:

– Прошу только, если ты найдешь Лесьяра, не навреди ему…

Кхарана, хмыкнув, топнула ногой: земля под ней развезлась, открыв глубокую нору, тянувшуюся, кажется, к самому центру земли. Из нее пахло холодной сыростью. Мара, уже собравшись было шагнуть в образовавшуюся яму, замерла.

– Лесьяр увел ее, – она кивнула на поворотный камень, на котором все еще горела серебряная спираль. – Соли достаточно. Ты можешь еще исправить хоть что-то… Если не продолжишь прятаться.

Сказав это, мара прыгнула в нору, скрывшись в одно мгновение с глаз Нежданы.

Княжна пригляделась – вокруг камня, действительно, было насыпано много серо-белой крупы, похожей на крупную соль. Ту самую…

46

Лесьяр торопился к гостевому домику – дурное предчувствие тревожило и не отпускало: Жница ищет Неждану. Именно ее. А значит, деревня погоров в опасности. А погоры – единственный верный ключик к Соли, тем ее крупицам, что еще доступны для людей.

«Беду чувствую… И ближе она, так близко, что не уклониться теперь» – взволнованный шепот еще звенел в ушах юноши. Чара бы просто так такого не сказала. А значит, Жница где-то рядом, одна ошибка – и смерть.

Мимо пробежала ватага погорских детей – сверкая голыми пятками, они с хохотом бежали вглубь деревни. Самый старший – Лесьяр помнил его по сезону сбора Соли – остановился и приветливо махнул рукой, шагнул навстречу, но, заметив что-то, остановился – юноша прочитал в его глазах ужас и отвращение. Схватив спутников, тоже бросившихся было навстречу Лесьяру, шикнул на них и торопливо утянул за угол.

Аптекарь остановился.

Его мутило – непривычное жжение и темнота перед глазами то и дело заставляли останавливаться и переводить дыхание. Липкий пот стекал по спине. Едкий запах гниющей плоти снова ударил в нос – это объясняло, чего испугались погорские дети и подтверждало слова Чары. Времени не осталось.

Взбежав на крыльцо гостевого дома, он толкнул дверь и ввалился внутрь, придавив спиной дверь. Он тяжело дышал. Дотронувшись до груди, потянул за шнурок, вытащив на свет флакончик с остатками зелья акханды – его не осталось.

– Времени больше нет, – усмехнулась из короба плененная мара не то спрашивая, не то утверждая.

Юноша зло отбросил пустой флакончик – тот отлетел под стол. Лесьяр закатал рукава – кожу покрывали кровавые язвы наподобие чумны́х, источавшие мерзкий запах. Распахнув ворот, юноша увидел такие же на груди, шее.

«Опоздал», – мелькнуло в голове.

Словно прочитав его мысли, мара снова заговорила:

– А ты что хотел, судьбу обмануть? Думал, найдешь способ справиться со Жницей, тем же способом от своей беды избавишься? – она тихо рассмеялась. – Да только за Жницу отвечает княжна, а за тебя – ты сам…

– Замолчи! – он ударил кулаком о стену.

Мара рассмеялась еще громче:

– Ты вор, аптекарь! Ты украл акханду, завладел временем, которым не владеешь…

– Но ведь вы же им пользуетесь! – он сердито сверкнул глазами.