Снежная Лебедь шла, гордо подняв голову, окруженная сияющей дымкой. Она походила на принцессу, хозяйку всех темных тайн. Девушка уже давно выбросила сигару, но дым едва заметной струйкой по‑прежнему клубился из ее рта и носа. Перед Снежной Лебедью таял снег и плавилась горная порода, образуя просторный извилистый тоннель, который вел, по‑видимому, в самую глубь горы.

Тоннель исчез так же неожиданно, как и появился, и перед игроками встала сплошная ледяная стена. В ту же секунду раздался далекий низкий рокот.

Макса до костей пронзил страх. Что же это? Уж не ворота ли Ада? Может быть, это вой инуитского Цербера?

Орсон крепче сжал свой гарпун и обратился к эскимоске:

– Снежная Лебедь, можно мне попробовать этой сигары?

Девушка кивнула и достала еще одну сигару. Орсон сделал несколько затяжек и довольно улыбнулся: дым оказался настолько мягким, что не вызвал бы кашля даже у некурящего. Вскоре Орсон так же, как и Снежная Лебедь, оказался в светящемся коконе, однако лед все равно больше не таял.

– В чем дело? – спросил Хеберт, обращаясь к эскимоске.

– Все. Дальше лед защищен от магической силы. Но мы не можем бездействовать, – Снежная Лебедь на мгновение задумалась. – Там, где бессильно волшебство, может быть, полезны мускулы?

Другого выхода не было, и игроки, поднатужившись, попытались сломать этот ледяной панцирь. Один раз, другой, третий – все было безрезультатно.

После нескольких безуспешных попыток с игроков градом катился пот. Пришлось немного отдохнуть.

Во время этой минутной передышки Кевин решил «посоветоваться» со своим компьютером.

– Лапа! – вскоре воскликнул юноша. – Наши силы может удесятерить только лапа совы! Она у Макса!

Тут же была предпринята еще одна попытка. Игроки уперлись плечами в стену, приложили к ней птичью лапу, и – о, чудо! – ледяную поверхность разрезала вертикальная глубокая трещина, от которой во все стороны лучами побежали трещины поменьше.

Остальное произошло за считанные секунды. С неимоверным треском многометровый панцирь льда рассыпался в прах, и перед игроками оказалось необозримое пространство, залитое молочным туманом. Из туманной пустоты доносились какие‑то свисты, шарканье и чье‑то громкое дыхание.

– Идти или не идти дальше – это целиком теперь ваше решение, – обратилась к игрокам Снежная Лебедь. – С этой минуты я, возможно, не смогу вас защитить.

Боулз с опаской всматривался в туман, прислушиваясь к необычным чавкающим, хлюпающим и жужжащим звукам и пытаясь угадать, откуда они исходят.

– Как бы там ни было, – тихо, но уверенно сказал он, – обратного пути у нас нет. Если погибнет Солнце, то погибнем и мы. Да и каб‑балисты, наверняка, не дремлют. Давайте встретим их во всеоружии.

– Тогда, может быть, нам придется оплакивать погибших, – предупредила Снежная Лебедь.

ГЛАВА 16

ПАЙДЖА

Туман спрятал игроков даже друг от друга, поэтому двигаться приходилось крайне осторожно. Иногда на пути попадались скалы и глубокие каньоны. Когда туман слегка рассеивался, были видны острые, как сталагмиты, каменные пики, вздымающиеся со дна ущелий. Дорога постоянно петляла, но нигде не прерывалась.

С Максом поравнялась Шарлей. Ее лицо выражало восхищение, тревожное ожидание и одновременно какую‑то печаль.

– Шарлей! – окликнул девушку Макс. – Вы уже забыли свою подругу?

Шарлей взглянула на мужчину и вздохнула:

– Мы с Эвианой были друзьями, но мы… почти не встречались.

– Как это? – удивился шагающий рядом Орсон.