– Хайхи земле предать. За дело полег, хоть и по-глупому, – поддакнул Горлан.

Шах слегка смутился, кивнул. Он почти и не знал парня, не успел узнать, воспринимал, как нечто несерьезное, привидевшееся, а того уже и нет. Реально.

Похороны были быстрыми и тихими. Закопали мальчишку в землю рыхлую, где крест стоял, в кусты деревяшку откинув.

– Пацан совсем, – заметил мужчина, стоя над могилкой.

– Остальных кто похоронит? – спросил Радиш спокойно. Он не горевал и смерть смертью не воспринимал. Ритуал перехода, перерождения – о чем беспокоится, что бояться, о чем печалиться?

– Жители вернутся. Нельзя нам их родню сквернить, их места. У стражей могила, где полег, а обычные свои погосты таят, – сказал Горлан.

– Да и не гоже светлым хоронить, – кивнул Харн, глядя на скорбный холмик и вздохнул. – Теперь жди погони. Малой силой уже не пойдут, толпой налягут.

Второй страж кивнул:

– Уходить надо.

– Автомат заберу, – развернулся Шах и пригнулся вместе с остальными от раздавшегося грохота. Волна смела мужчин, раскидав по кустам – огонь добрался до оружия.

Радий вылез из кустов, головой тряся:

– Теперь понятно, почему здесь доисторические средства защиты и нападения. Оно и лучше.

– Ну, мать же, а?! – возмущенно отплевывался Шах, поднимаясь с рыхлой земли – автомат было жалко. Руками-то он не мастер махать. На коммуникатор глянул и вовсе культурных слов не нашел – экран в хлам. Не зря руку больно было – видно прилетело осколком.

Снял, выкинул с досадой и высказаться вслух по этому поводу не преминул – все, теперь гол, как неандерталец.

Стражи с осуждением на него глянули и только.

– Ладно, нас тоже немало будет. До Сабибора надо только добраться, – проворчал Радий.

– До кого? – стряхивая с куртки землю, спросил Шах.

– До Самары.

– Ааа. Тоже светлый, да? – усмехнулся. – Красивая сказка, правда?

– Угу, – не стал спорить и в подробности вдаваться мужчина. Не то время, не то место.

– Ну, вы и придурки, – протянуло ехидно в стороне. Радий обернулся – притулившись к сосне, стоял Самхат и, сложив руки на груди, рассматривал товарищей.

– Кажется, группа опять собирается, – заулыбался Радий.

– Ты о чем? – не понял Шах.

– Самхат явился, – кивнул тот на товарища. Мужчина оглядел местность и никого не увидел.

– Ты про что?

Радий нахмурился. За спиной Самхата стоял Мирош и Хайхи.

– Погиб?

– Кто?! – качнулся к нему Шах, навис, не понимая, что к чему.

– Тупо, – заверил Самхат. – Сам виноват, накликал. Убирайтесь отсюда резвее, а то действительно встретимся, – бросил и, развернувшись, пошел в гущу леса, слился с листвой и исчез.

Радиш уставился на товарища:

– Я мертвых вижу, – объявил – а смысл скрывать? – Потом все объясню. Сейчас убираться надо.

Шах шею потер, рассматривая мужчину и, нехотя кивнул:

– Уходим, – и ткнул в его сторону пальцем. – Но с тебя подробный доклад. Ты, между прочим, на месте сбора должен быть, нас ждать.

– Да? Ты тоже еще сутки назад там должен был быть, а топаешь, как и я, и спорю – в Тоудер. Скажи не прав?

Тот хмыкнул:

– Ясновидящий просто.

– Почти, – заверил серьезно.

Четверка дала старт с места и устроила марафон по пересеченной местности, за час отмахав километров двадцать.