|
Людей стали сгонять вниз к арене, которую «артисты» уже освободили, попятившись к кулисам и главному входу. Вновь поднялся невообразимый шум, и началась паника. Униформисты с верхнего прохода действовали четко, орудуя прикладами, словно дубинками. Раненых пристреливали. Над головами то и дело проносились автоматные очереди, раздававшиеся из оркестровой ложи. Гарь, дым, стоны, мольбы о пощаде смешивались в этом зверском побоище. Часть людей прогнали по коридору во внутренний дворик. Там их затолкали в приготовленные клетки, которые выкатили через ворота и разместили по периметру — вокруг всего цирка-шапито. Остальные тесной толпой сгрудились на арене и в нижних рядах. Между ними и униформистами наверху лежали трупы. Сколько их было, никто бы сейчас не взялся подсчитать. Возможно, что там еще были и раненые, которых террористы не успели пристрелить. Над цирком-шапито простерла свою зловещую длань смерть…
Глава седьмая ПРАВИЛА ИГРЫ БЕЗ ПРАВИЛ
Привокзальная площадь была оцеплена милицией и внутренними войсками, а уже через полчаса начались предварительные переговоры с террористами. Все последующее время в район захвата продолжали прибывать специальные части. Здесь были команды из антитеррористического центра, РУОПа, ФСБ, армейские подразделения, другие профессионалы. К шестнадцати часам информация о событиях в Сергиевом Посаде пошла в эфир. Опередили всех конечно же зарубежные журналисты из Си-эн-эн. И немудрено, поскольку в это время иностранцев в лавре было достаточно. Потом пошли кадры и по российскому телевидению, в основном одни и те же: показывали цирк-шапито, выставленные перед ним клетки с людьми, сложенные перед входом трупы, а также вид сверху — с кружащихся над площадью вертолетов. Был организован штаб по обезвреживанию террористов, создана правительственная комиссия. Удалось перехватить радиопереговоры бандитов, сделать высокоточной фотоаппаратурой некоторые снимки. Под дулами автоматов была установлена прямая телефонная связь — это было пока единственное, что разрешил Герман. Очередная террористическая акция в России приобретала размах. Вскоре выяснилось, чего требовали бандиты, обещавшие в случае штурмовой атаки на цирк расстрелять всех заложников. У террористов имелось еще одно средство воздействия. В привезенных ими баллонах находился сильнодействующий нервно-паралитический газ, который они угрожали взорвать и развеять над городом. Его было достаточно, чтобы погрузить весь Сергиев Посад и ближайшие окрестности в ядовитое марево, способное уничтожить все живое. Последствия было трудно просчитать, поскольку с изменением направления ветра облако газа могло перекинуться на Москву, распылиться на огромное расстояние. То, что террористы выбрали местом проведения своей акции Сергиев Посад, наличие рядом древнейшей русской православной святыни — лавры, делало их угрозы особенно зловещими. События приобретали политическую окраску. Террористы требовали шестьдесят миллионов долларов. Кроме того, к вокзалу обязаны были подогнать электропоезд с шестью вагонами, а путь следования в сторону Ярославля освободить от всех других эшелонов. В дальнейшем бандиты должны были указать место, где приземлятся транспортные вертолеты. Если их требования не будут выполнены, то на рассвете двадцать третьего августа они приведут свои угрозы в исполнение. В серьезности их намерений сомневаться не приходилось: о том говорила гора трупов, сваленных перед входом в цирк-шапито. В восемнадцать часов в переговоры с террористами вступили представители церкви. К цирку-шапито с увещеваниями вышел священнослужитель, отец Андрей, организовавший до этого несколько пикетов против выступления «артистов» в Сергиевом Посаде. Но при приближении к шатру он был почти в упор расстрелян из автомата. Труп его до сих пор лежал на привокзальной площади, а кадры гибели постоянно прокручивались по телевидению. Это бессмысленное убийство явило особую жестокость террористов, их озлобленность и готовность на все. |
