Они достигли большой улицы, проходившей между зданиями, и нашли большую толпу стоявших в ожидании людей. Как и в других лагерях, люди были самых разных размеров, форм и внешности, но что делало эту сцену жутковатой, так это их полнейшее молчание.

От этого Эмме стало не по себе, но если Тирион и заметил эту странность, то никак это не показал.

— Вы намереваетесь кого-то сегодня забрать? — вежливо спросила Сэррэлия.

— Нет, — прямо сказал Тирион. — Я планирую сегодня выбрать двадцать человек. Пошлёте их нам на следующей неделе.

Сэррэлия согласно кивнула:

— Как пожелаешь, хотя такими темпами потребуется много времени, чтобы опустошить Баратрэа.

— Мы увеличим число переселенцев по мере того, как будет строиться новое жильё, — сказал Тирион. Чуть погодя он пошёл вдоль переднего края толпы, заставляя Эмму и Джордана идти по пятам. Возможно, то, как они не отходили друг от друга, и заставляло их крошечную группу выглядеть странной, но они и так странно выглядели для каждого, у кого был магический взор. Окружавший их «каменный разум» был причудливым и диссонирующим, поскольку совершенно не совпадал с тем, что показывало нормальное зрение.

Люди, мимо которых они шли, были прекрасны — как мужчины, так и женщины. Как и в большинстве рабских лагерей, они были в среднем молоды, ибо арена не позволяла большинству из них достичь преклонного возраста, но в них было что-то ещё. Помимо Ши'Хар и, быть может, людей из Колна, они были самой здоровой и привлекательной группой людей, каких Тирион когда-либо видел.

Будь он в нормальном состоянии ума, то это вызвало бы у него подозрение, но в нынешнем его положении это лишь стало для него интересной головоломкой. Чуть пораздумав, он выбрал двадцать случайных людей.

— Думаю, сегодня я увидел достаточно, — сказал он их проводнице.

Сэррэлия казалась разочарованной:

— Вы же только что прибыли. Ты уверен, что больше ни на что не хочешь взглянуть?

Эмма подала голос:

— Все эти люди — Сэнтиры?

Их хозяйка нахмурилась:

— Они все — собственность Сэнтиров. Прошу прощения, я хотела сказать, они были собственностью Сэнтиров.

Дочь Тириона покачала головой:

— Нет, я имею ввиду, являются ли все они потомством вашей рощи? Кто из них происходит из иных рощ?

— О, думаю, я поняла, — сказала Сэррэлия. — Нет, все эти люди обладают талантами Сэнтиров. Мы никогда не держали много людей из иных рощ.

— Но они у вас всё же есть? — подтолкнула Эмма.

— Несколько… — с некоторой неохотой ответила Сэррэлия.

— Где они? — спросила она.

— Мы держим их в другом месте, отдельно от остальных, — призналась Ши'Хар. — Они плохо переносят общение с нашей основной популяцией.

— Почему? — едко спросила Эмма.

Сэррэлия сжала губы:

— Ты же знаешь, как они склонны драться между собой. Мы находим, что если их разделить, то подобные происшествия происходят реже всего.

— Мы можем их увидеть? — с любопытством спросила Эмма.

— Мы достаточно увидели, — перебил Тирион.

Его дочь вздохнула, но промолчала. Четверть часа спустя они сели на дормона, и полетели обратно домой.

Как только они поднялись в воздух, Тирион отпустил каменный разум. Эмма не отпускала его плечо, и ощутила перемену, когда его разум вернулся обратно в себя. Как только она убедилась, что он вернул своё «я», она ощутила возвращение боли и смятения, которые, похоже, были для Тириона «нормой».