— Папа говорил, что можно, если мы будем храбры и доверимся Земле. Везде горели огни, так что было светло. Весь Ринг собрался возле большого костра, и мы обратились к Земле. Тогда Земля построила вокруг наших жилищ высокую стену. Она была такой высокой, что никто не мог взобраться на нее. И в ней не было двери.

— «Земля построила им стену» — видимо, это такая метафора, — заметила леди Каравайз по-лантийски.

— Необязательно, — ответил Уэйт-Базеф на том же языке.

— И что произошло дальше? — спросил Деврас. — Белые существа перелезли стену?

— Нет, Земля их не пустила. Но они перехитрили ее и прошли под стеной. Они — колдуны. Они проделали туннель в каменной скале, а Камень сильнее Земли. Так они добрались до нас.

— А ваш народ пытался с ними сражаться? — спросила Каравайз.

— Конечно, но их было много, и они — сильные. У них были копья и мечи. Они убивали всех. А их вождь, он такой огромный, он-то и убил моего папу. А когда не осталось никого — ни папы, ни мамы, ни Ванди, — я попробовала убежать, но он схватил меня.

— Их вождь поймал тебя? — спросил Уэйт-Базеф.

— Да. Он был весь в крови, а кожа его светилась. Он был весь сияющий и красный, как уголь в костре. Я подумала, что он меня убьет. Он долго смотрел на меня, глаза у него были черны. У других белых существ глаза — горящие, а у него — черные. Затем его кожа померкла, и он посадил меня в бочку рядом с сараем и накрыл ее крышкой.

— Очевидно, решил предоставить заниматься избиением младенцев своим подчиненным, — прошептала леди Каравайз по-лантийски. — Какая, однако, щепетильность!

— Я пряталась в бочке, пока они не ушли, — продолжала Глинди. — А когда выбралась, все из нашего Ринга были мертвы. Я попросила Землю пропустить меня сквозь стену, и она пропустила. Я пошла вниз до реки и потом вдоль берега.

— Бедное дитя, ты чудом спаслась, — сказал Деврас.

— Вы ведь не пойдете туда? Пожалуйста, не ходите! — И слезы градом полились из ее глаз.

— Что расстроило мою маленькую девочку? — спросил Гроно, не понявший ни слова из всего разговора. — Тебе жаль своих родителей?

— Нет, она думает, что мы все погибнем во Тьме — ответил Деврас.

— Ну, тогда дайте ей еще мяса, ваша светлость. Сытная еда всегда поднимает настроение.

— Не думаю, что это поможет.

— Поможет, поможет, мастер Деврас, вам-то помогало.

— Успокойся, Глинди, — утешал всхлипывающую девочку Деврас. — Не бойся. Никто не причинит нам вреда. Обещаю.

— Они причинят, — твердила Глинди. — Они колдуны.

— Даже если они и колдуны, это не имеет значения. Рэйт тоже знает колдовство. Хотя пока мы этого не видели. Ну, будь храброй, все закончится хорошо.

Мало-помалу ее рыдания утихли. Она больше не упрашивала, но скорбное выражение лица говорило о тщетности попыток Девраса ее успокоить.

— Девочка устала, ей нужно поспать, — со знанием дела произнес Гроно. — И помыться, — добавил он.

Глинди замотала головой и осталась сидеть, пытаясь разобраться в непонятной ей речи, пока не стала клевать носом и веки не сомкнулись.

— Отнесите ее в экипаж, — сказала леди Каравайз. — Пусть спит. А завтра мы найдем кого-нибудь, кто приглядел бы за ней.

Деврас взял Глинди на руки. Пока он шел, она обняла его за шею и во сне прошептала:

— Не ходите туда!

Он положил девочку на стеганое кожаное сиденье и накрыл шерстяным пледом, которым обычно пользовалась леди Каравайз, поцеловал в щеку, закрыл дверцу и вернулся к своим спутникам.