И с этого мгновения мирное возвращение Алары домой превратилось в яростную перебранку.

Никого сейчас не волновало, что Алары почти месяц не было дома. Все как будто позабыли, что она – шаман своего Логова и имеет право на толику уважения. Как только драконы завидели младенца, все это словно вылетело у них из головы. Соплеменники окружили Алару. Хотя для существа крылатого окружение не несло такой угрозы, как для того, кто привязан к земле, но все же это выглядело довольно пугающе. В слабом свете луны и звезд трудно было рассмотреть окрас – даже при помощи ночного зрения, – но с такого близкого расстояния Аларе не составляло проблем узнать любого из сородичей. Алара никогда еще так остро не ощущала свою молодость – ведь практически все, собравшиеся вокруг, формально были для нее Старшими. Драконица выпрямилась во весь рост, твердо решив не выказывать испуга.

– С чего тебе вдруг взбрело в голову тащить это домой?! – громко возмутился один из драконов. Кончик его хвоста нервно подергивался, рисуя полосы в пыли. – Мало того, что оно уродливее неоперившейся птицы – так оно еще гадит и шумит! За ним постоянно нужно убирать, и неизвестно, научится ли оно хоть когда‑нибудь вести себя прилично! – хвост задергался сильнее. – Твое логово расположено совсем рядом с моим. Я не желаю, чтобы эта тварь орала посреди ночи и мешала мне спать!

– Не говоря уже о том, что от этой твари много лет не будет никакой пользы, – заявила другая драконица, презрительно вскинув голову. – Ей нужна будет особая пища, с ней будет полно возни – и ты будешь тратить на нее время, которое могла бы посвятить выполнению своих обязанностей. Мы и так уже достаточно долго пробыли без шамана.

– И не жди, что кто‑нибудь из нас будет помогать тебе!

Этот голос Алара узнала. Йшанереналь отличался характером кислее зеленой мушмулы и был способен ворчать целыми днями напролет.

– Раз ты притащила эту штуку домой, ты за ней и присматривай! А если от нее начнутся неприятности, тебе придется самой с ними управляться или отнести эту штуку куда‑нибудь подальше.

– Это не тварь и не штука! – возразила Алара, развернувшись к своим противникам и изо всех сил стараясь скрыть собственные сомнения. Драконица распахнула крылья и вздыбила гребень. – Это ребенок, и он мало чем отличается от наших детей!

– От твоих – может, и мало чем, дорогая, – сладеньким голосом промурлыкала юная Лориэлейна, свысока глядя на шамана – Алара была ниже ростом. – Но все прочие произошли из более благородного рода.

Прежде чем Алара успела ответить на это оскорбление, один из соседей Лори вмазал нахалке крылом по голове.

– Придержи язык, ты, ящерица ползучая! – рыкнул Хэмаэна. Лори вскинулась и яростно зашипела на него, но вторая оплеуха заставила ее присмиреть. – Или ты пытаешься доказать, что не достойна Права родства? Если шаман желает держать домашнее животное – пусть даже странное, – это еще не повод оскорблять ее род!

В голосе нежданного заступника каким‑то странным образом сочетались высокомерие, цинизм и желание расположить шамана к себе. В некотором роде его замечание было не менее язвительным, чем неприкрытое хамство Лори. Алара еще несколько мгновений стояла, ощетинившись, но гребень Хэмаэны был прижат к спине, а уши – нацелены вперед. Он не собирался оскорблять Алару – он просто полагал, что ни она, ни принесенный ею ребенок не заслуживают того, чтобы поднимать из‑за них свару. И следующие его слова это подтвердили.

– В конце концов, она ведь беременна, а беременные женщины имеют право на маленькие капризы, – покровительственно сказал Хэмаэна.

Алара с трудом удержалась, чтобы не врезать ему.