Это могло значить очень много…

А могло и не иметь никакого значения. Алара знала, что, как бы она ни была упряма и непредсказуема, ей в этом отношении было ох как далеко до Отца‑Дракона. Возможно, ему просто нравилось смотреть, как она выпутывается из затруднительного положения. И уж во всяком случае, ему явно нравилась суматоха, поднявшаяся из‑за выходки Алары. Драконы любили делать гадости не только дальним, но и ближним своим.

А Отец‑Дракон был особенно известен своими выходками.

Алара отмахнулась от этой загадки. Если Отец‑Дракон не собирается вмешиваться, все это не имеет особого значения. Она прекрасно может самостоятельно выиграть эту стычку.

– Я намерена оставить этого ребенка при себе! – дерзко заявила она, вскинув голову и распахнув крылья. Уши Алары были прижаты, а гребень стоял дыбом. – Это отличный товарищ по играм для Кемана. Кеману легче будет научиться подражать двуногим, будь то люди или эльфы, если у него перед глазами будет живой пример. Да вы только подумайте, сколько мы сможем узнать, наблюдая за ней с самого детства! Я столько узнала из сознания ее матери, что вы даже не поверите!

Этот довод поверг драконов в некоторое замешательство. Они принялись вертеть головами и топорщить либо прижимать гребни – в зависимости от своих мыслей.

– Это животное! – прошипел Оронэра, приподняв крылья. – Хочешь держать ее как домашнего зверька – пожалуйста! Но воспитывать ее вместе с нашими детьми?! Это возмутительно! Ты бы еще притащила больших обезьян и дельфинов!

Алара взмахнула крыльями и нехорошо прищурилась. В голосе драконицы зазвенели опасные нотки.

– А что, неплохая идея! – огрызнулась Алара, и ее когти прочертили глубокие борозды в утоптанной земле. – Может, хоть тогда некоторые домоседы, которые выбираются из Логова только затем, чтобы пожрать и погреться на солнышке, поймут разницу между животными и нашими братьями по разуму, и что эти братья гораздо интереснее многих здешних жителей!

– Братья? Кто – эти животные? – фыркнула Лори. Прежде, чем Алара успела остановить ее, молодая драконица протянула лапу и ухватила младенца за ножку. Ребенок заревел. Лори скорчила гримасу отвращения. – Шаман, ты, наверное, потеряла последние остатки ума, которые у тебя были. Это всего лишь животное, пригодное в пищу, и ты это отлично знаешь. Я слыхала, что из детенышей получается неплохой супчик…

Договорить Лори не успела. Взбешенная Алара окончательно утратила самообладание и ринулась в драку. Лори этого не ожидала – за Аларой даже в детстве не водилось такой привычки. Да в общем‑то, никто не ожидал, что Алара способна на такое – даже при том, что она не раз уже доказала свою храбрость в Громовом Танце.

Алара взвилась на дыбы и бешено забила хвостом. Пространство вокруг нее мгновенно расчистилось – драконы метнулись в разные стороны, уворачиваясь от ударов хвоста. Алара же молниеносно выбросила вперед правую лапу и, прежде чем молодая драконица успела увернуться или отскочить, схватила ее за плечо. Когти Алары впились в мягкую кожу над суставом. Лори взвизгнула от боли и чуть не уронила младенца.

– Осторожно! – прорычала Алара сквозь стиснутые зубы. – Клади ее на землю – и осторожно! Клянусь Огнем и Дождем, за каждый ее синяк ты получишь два, даже если мне придется для этого спустить с тебя всю чешую!

Лори положила ребенка. Как только девочка коснулась твердой поверхности, ее плач тут же стих.