Его прервал звук разбиваемого стекла. Окно или одна из стеклянных дверей.

– Я хотел сказать, двери заперты, однако они войдут, если захотят. И даже не будут стучать в дверь.

– Как только они зайдут на кухню, – сказала Джойс, – сразу станет ясно, что мы здесь.

– Ну, мы могли ведь и уехать, – возразил Рэйлен. – Но ты права, дом они обыщут.

Джойс и Гарри смотрели на него.

– И что же нам теперь делать? – спросила Джойс.

Проникнув в дом через библиотеку, они принялись проверять комнату за комнатой. Парня с обрезом звали Марко. Неаполитанец, как и Бенно, он относился к северу Италии с большим недоверием и никогда прежде не бывал в Рапалло. Он считал, что море здесь какое-то не такое, а все дома, которые они успели обыскать, казались ему темными и мрачными.

– Никого тут нет, – сказал он Бенно.

Но тут они добрались до кухни и увидели бутылки на столе, тарелки в раковине. Блестящая, из нержавейки кофеварка была выключена, но, потрогав ее, Бенно быстро отдернул руку. Значит, обитатели виллы еще здесь или только что уехали. И не просто «обитатели», а Гарри Арно со своей компанией. Бенно в этом почти не сомневался, ведь женщина из агентства по продаже недвижимости сказала, что вилла, арендованная синьором Арно, расположена на этой самой дороге неподалеку от Сан-Маурицио-ди-Монти. Она даже показала фотографию – старую, когда эта вилла была просто фермой, – похоже было, что на снимке это самое место. У них этой фотографии не было, поэтому какие-то сомнения все же оставались.

Проехав мимо виллы второй раз, Бенно позвонил из машины и сказал, что, видимо, нашел нужное место, а ему сообщили, что поймали африканца, того, который возил Гарри Арно. Еще ему велели подождать, они узнают точно, где этот дом, и перезвонят. Но у Бенно было чувство, что вилла та самая, поэтому они и пошли ее осматривать. Если до кухни Бенно и Марко разгуливали по комнатам совершенно безбоязненно, то теперь они двигались с предельной осторожностью, из головы не шел тот, в ковбойской шляпе, и Фабрицио, навалившийся головой на стекло машины, с открытыми, остекленевшими глазами и с парой дырок в теле.

– Тот, в ковбойской шляпе... – начал Бенно.

– Если он здесь, я припас для него подарочек, – откликнулся Марко.

Поэтому, когда они дошли до главной прихожей, Бенно указал рукой на лестницу, и Марко, вооруженный обрезом, начал подниматься первым.

Вот. Так оно и вышло. Удивленный голос сказал что-то по-итальянски, затем тишина.

– Пусть там сидит Гарри, – сказал перед этим Рейлен. – Эти двое никогда его не видели и не будут знать, что это именно Гарри.

Они заглянут и остановятся, Гарри отвлечет их внимание. А тогда, предложил дальше Рэйлен, я выйду из комнаты напротив – той самой, в которой они с Джойс сейчас и затаились, – подкрадусь к этим парням сзади, пока они будут говорить с Гарри, пытаясь выяснить, кто он такой, и разоружу их.

Главное, сказал Рэйлен, это отвлекать их внимание как можно дольше. Ведь спрятаться тут негде.

Рэйлен открыл дверь, и Джойс снова услышала голос, говорящий по-итальянски, теперь, правда, громче. А вот и другой, этот говорит по-английски, с акцентом. Он о чем-то спрашивал Гарри, а Рэйлен тем временем пересекал коридор, стараясь не наступить на скрипучую доску. Джойс шла следом, буквально дыша ему в затылок, вошла в комнату вместе с ним и остановилась, когда Рэйлен произнес:

– Положи свою пушку на пол. Живо. Парень с обрезом не двигался.

– Марко не понимает по-английски, – сказал второй, в полосатой рубашке.

Рэйлен поднял руку, направил свой «комбэт мэг» Марко в ухо и взвел курок.