Медэксперт закончил объяснения и снял простыню.

Увидев лицо Шейлы, Нил Роджерс отшатнулся, как будто получил удар. Его глаза закатились, и он закричал. Эдне вспомнился крик койота, который чувствует надвигающийся шторм. И она поняла, что чуда в последнюю минуту не случится… Собравшись с силами, Эдна взглянула на дочь. Невольно протянула руку, повинуясь неистребимой материнской потребности утешить, но тут же, опомнившись, отдернула. Она продолжала смотреть, пока взгляд ее не затуманился и лицо Шейлы не начало меняться, становясь все моложе и моложе. Перед ней снова лежал младенец, ее девочка, у которой все впереди и которой еще можно помочь прожить жизнь по-другому… И тогда Эдна Роджерс заплакала.

Глава 20

– Что у вас с носом? – спросил Пистилло.

Мы снова разговаривали в его офисе. Крест остался в приемной. Только сейчас, во время второго визита, я заметил, что кресло за письменным столом, в котором сидел Пистилло, несколько выше моего. Очевидно, в целях устрашения. Клаудия Фишер, тогда приезжавшая в «Дом Завета», стояла позади меня, скрестив руки на груди.

– Посмотрели бы вы на моего противника, – улыбнулся я.

– Вы подрались?

– Нет, упал.

Пистилло был озадачен, но развивать тему дальше не стал.

– Мы бы хотели, чтобы вы изложили нам все еще раз, – сказал он, положив ладони на стол.

– Что именно?

– Как исчезла Шейла Роджерс.

– Вы нашли ее?

– Давайте по порядку. – Он кашлянул в кулак. – В котором часу Шейла Роджерс покинула вашу квартиру?

– А что?

– Мистер Клайн, пожалуйста, помогите нам.

– Я полагаю, она ушла около пяти утра.

– Вы в этом уверены?

– Я сказал «полагаю».

– А почему вы не уверены?

– Я спал. Мне показалось, что я слышал, как она ушла.

– В пять?

– Да.

– Вы посмотрели на часы?

– Вы что, серьезно? Я не знаю.

– А как еще вы могли узнать, что это было в пять часов?

– У меня потрясающее чувство времени. Давайте дальше.

Он кивнул и поерзал в кресле.

– Мисс Роджерс оставила вам записку, верно?

– Да.

– Где была записка?

– В смысле – где в квартире?

– Да.

– А какая разница?

Он выдал самую снисходительную из своих улыбок.

– Пожалуйста…

– На кухонном столе. Стол из термостойкого пластика, если это вам поможет.

– Что было в записке, дословно?

– Это личное.

– Мистер Клайн…

Я вздохнул. Какой смысл собачиться?

– Она написала, что будет всегда меня любить.

– И больше ничего?

– Все.

– Только то, что она будет вас любить?

– Точно.

– Вы сохранили записку?

– Да.

– Я могу посмотреть?

– А я могу узнать, зачем вы меня позвали?

Пистилло выпрямился.

– После того, как вы с мисс Роджерс покинули дом вашего отца, вы поехали прямо к вам на квартиру?

Перемена темы сбила меня с толку.

– О чем это вы?

– Вы ведь были вместе на похоронах матери, так?

– Да.

– А потом вы с Шейлой Роджерс вернулись в вашу квартиру. Вы нам так сказали, верно?

– Да, я так и сказал.