– Нет, но это, несомненно, воздаяние. Мне невыносимо ваше притворство, Венеция. Я приглашала вас на ланчи, обеды и вечера. Я разрешала вам гостить под моей крышей. А вы были нечестны со мной. Да, нечестны. Я не стану просить вас отказаться от Генри – понимаю, что это бесполезно. Умолять я не буду. Хочу только, чтобы вы осознали, что ваши поступки безнравственны, дурны и мне все известно. И это все, что я собиралась вам сказать. – Она посмотрела за спину Венеции. – Вот и Монтегю с моими перчатками. А теперь я оставлю вас гулять дальше вдвоем.

Но прогулку с Монтегю Венеция сейчас никак не смогла бы выдержать. Она вскочила, бросилась мимо остолбеневшего Эдвина обратно к замку и поднялась по винтовой лестнице в свою комнату.

Остаток воскресенья она сторонилась всех, жалуясь на головную боль. Но на этот раз Венеция не просто нашла дипломатичное оправдание, а говорила чистую правду. Она опустила жалюзи и лежала в постели, почти ослепнув от боли где-то позади глаз, а в голове безостановочно крутились слова Марго. Венеция не испытывала ни злости, ни стыда, но чувствовала себя настолько раздавленной и измученной, как будто ее действительно кто-то избил. Она пропустила ланч и обед и отказалась от предложения Вайолет принести ей что-нибудь поесть в комнату. Вскоре после девяти она собрала чемодан и спустилась с ним по лестнице в столовую, где все остальные только что закончили обедать.

Ее появление вызвало волну сочувственных расспросов о здоровье.

– Спасибо. Кажется, все уже прошло. Простите, что доставляю вам столько беспокойства. Это был незабываемый уик-энд, но сейчас я хочу только одного: поскорее вернуться в Лондон.

– Ты можешь поехать с нами, – предложил премьер-министр. – Места у нас хватит.

– Да, – поддержала его Марго. – Поезжайте с нами, Венеция.

– Я могу тебя отвезти, – вызвался Монтегю. – Я еду один.

Она переводила взгляд с одного на другого. Но тут на выручку пришел Реймонд:

– А почему бы тебе не поехать со мной и Кэтрин? Только мы отправляемся прямо сейчас.

– Меня устраивает, если вас и вправду не затруднит. Я уже собралась и готова.

Она расцеловалась на прощание со всеми по кругу. Марго тоже обняла ее, словно между ними ничего не произошло. А премьер-министр сказал:

– Увидимся во вторник.

– Во вторник? – бдительно переспросила Марго.

– Венеция покажет мне Лондонскую больницу.

– Но мы же с понедельника до вечера вторника гостим у короля с королевой в Виндзоре.

– Боюсь, мне придется вернуться в Лондон во вторник днем, очень много работы.

– Много работы, – повторила Марго. – Как удачно для вас обоих!

– Мне нужно встретиться с тобой, – шепнул на ухо Венеции Монтегю.

– Я напишу тебе, как только приеду в город. – Реймонд сел за руль, Венеция попросилась на место рядом с ним: – Думаю, для головы так будет лучше.

– Хорошо. Ты ведь посидишь сзади одна, правда, Кэтрин?

Кэтрин не стала возражать:

– Я устала и хотела бы поспать.

Через пять минут они уже спускались по склону к Уолмеру.

Венеция оглянулась через плечо на удаляющиеся огни замка и с облегчением вздохнула:

– Боже, какой изматывающий уик-энд! Я ощущала себя персонажем из пьесы Ибсена.

– Наверное, Стриндберга, дорогая? – уточнил Реймонд. – Там так много всего происходило под поверхностью, что трудно было уследить. Разве Марго не показала себя во всем своем великолепии?

– Она подстерегла меня сегодня утром.