Вскоре детективша возвращается с пустыми руками и качает головой.

— Их нет, — заявляет она.

— В каком смысле, мэм? — переспрашивает помощник.

— Результатов в папке нет, — вяло отвечает детективша и не моргая смотрит сначала на помощника, потом на папу.

— Может быть, вы их пропустили — бумаги то и дело прилипают друг к другу… Я могу перепроверить, мэм, если хотите.

— Ничего я не пропустила! Их нет! — Теперь детективша злится. Во-первых, из-за того, что пропали результаты, а во‐вторых, из-за того, что в ней усомнились прямо на глазах у нас с папой.

— Понял, мэм, — говорит помощник и тут же предлагает поискать в компьютере.

— Я сама поищу.

Мы проходим вместе с детектившей к ее столу, она садится и принимается стучать по клавишам. Ни мне, ни папе не видно, что там на экране, потому что сидим мы напротив.

Вдруг пальцы детективши зависают над клавиатурой.

— Что такое? — спрашивает папа.

— Просто… — Она мнется. — Просто я забыла свой пароль. Одну минуту.

Минута проходит, но пароль к своей полицейской программке детективша так и не вспоминает.

— Давайте мой введем, — тянется через детектившу к клавиатуре помощник.

— Нет! Не надо, — громко останавливает она его, да так, что все вокруг оборачиваются, а один полицейский даже подходит и спрашивает, все ли нормально.

Детектив Роулингс всегда очень сдержанная. На своей работе она чего только не повидала и поэтому прекрасно держит себя в руках. Тем не менее сейчас ее броня дает заметную трещину. Детективша поднимает на папу глаза и говорит:

— Мы с тобой идем бок о бок с самого начала этого дела, Джош. Через столько прошли вместе… На моих глазах ты пытался справиться с потерей жены и дочери. На моих глазах в тебе разгоралась надежда всякий раз, когда появлялись возможные зацепки к местонахождению Дилайлы. Ты никогда не ставил на ней крест. — Тут в голосе детективши появляется дрожь. — Ты был твердо настроен найти Дилайлу, и я еще давным-давно решила, что не отступлю. Раз не сдаешься ты — то и я не имею права. За все эти годы я очень к тебе привязалась, Джош, и больше всего на свете мечтала вернуть тебе твою девочку. Для меня это стало не просто очередным делом, а личной историей. Непрофессионально с моей стороны, знаю. Нельзя переступать черту, давая в расследовании волю чувствам. Я же эту черту переступила.

И вдруг однажды раздался звонок, которого мы ждали одиннадцать лет. Джош, я ни на секунду не сомневалась, что это она. Совпадало буквально все: и внешность похожа, и имя она свое назвала. В отличие от всех предыдущих самозванцев она на сто процентов была настоящей. Я нутром чуяла: у нас получилось, мы нашли Дилайлу! В твоих глазах было облегчение и несказанное счастье. Ты был на седьмом небе.

А потом пришли результаты ДНК-теста. Отрицательные. Я глазам своим не поверила. Немыслимо, невозможно! Потом стала думать, как рассказать тебе, какие слова подобрать, репетировала наш разговор в уме, а когда подошло время — не смогла. Просто не смогла… Снова ее у тебя забрать? Прости меня, Джош. По какой-то непонятной глупой причине мне казалось, что я поступлю правильно — и для тебя, и для нее. Мне казалось, раз правду никто не узнает, то и вреда не будет…

Папа в открытую плачет. Не могу сейчас его винить, у меня и у самого внутри образовалась огромная черная дыра.

Единственный вопрос, который теперь остался без ответа, — почему ты-то считала папу своим папой, если это не так?

Мы направляемся в кабинет, где ждешь ты, и этот путь словно долгая и мучительная дорога к камере смертников.