– Спасибо.

– Вы довольно долго не выходили из корабля, – озадаченно заметил чиновник. – Все в порядке? Может, вам требуются ремонтники?

– Нет, – ответил Айсберг. – Мне просто надо было кое‑что переставить в грузовом отсеке.

– Вам потребуется дозаправка или место в ангаре?

– Нет, – ответил Айсберг. – Я надеюсь закончить свои дела на этой планете до наступления темноты.

– Хорошо, но в противном случае вам придется заплатить две сотни кредиток за то, что вы оставили свой корабль на поле.

Айсберг сунул руку в карман, вытащил пачку банкнот и отделил от нее пару бумажек.

– Вот, – сказал он, протягивая их чиновнику. – Вы сможете вернуть их мне сегодня вечером, когда я буду улетать.

– Я выпишу вам квитанцию, пока вы будете проходить таможенный контроль, – сказал служащий, заложив банкноты между страницами небольшой записной книжки.

– А где таможня?

– На первом этаже диспетчерской башни, – ответил служащий, вводя Айсберга в зал и подводя его к столу, за которым сидела красивая женщина в униформе.

– Назовите, пожалуйста, себя.

Айсберг вытащил титановую карточку паспорта и положил ее на стол.

– Карлос Мендоса.

Она пропустила карточку через считывающее устройство, подождала несколько секунд, пока компьютер просканирует сетчатку Айсберга и подтвердит идентичность с информацией в паспорте, и вернула ему карточку.

– Можно узнать цель вашего визита, мистер Мендоса?

– Я здесь, чтобы закончить кое‑какие старые дела, – ответил он.

– Имя того, с кем вы собираетесь встретиться?

– Пенелопа Бейли.

Она оторвалась от компьютера и внимательно посмотрела на него.

– Мисс Бейли знает, что вы собираетесь с ней встретиться?

– Я буду очень сильно удивлен, если нет, – ответил Айсберг.

– Хорошо, мистер Мендоса, вам разрешается находиться на Моцарте в течение сорока дней, если вы захотите продлить свое пребывание здесь, то должны поставить об этом в известность наш офис.

– Благодарю вас.

– Официальная валюта на Моцарте – кредитки Республики, но мы также принимаем рубли Нового Сталина, доллары Марии Терезии, доллары Нью‑Зимбабве и фунты Дальнего Лондона. Если у вас есть какая‑либо другая валюта, пожалуйста, декларируйте ее вот здесь, – она подала ему официальный бланк, – и записывайте все ваши сделки по переводу денег из одной валюты в другую.

Айсберг просмотрел бланк документа, аккуратно согнул его пополам и сунул в карман пальто.

– Добро пожаловать на Моцарт, мистер Мендоса, – сказала женщина. – Температура сегодня 28 градусов Цельсия, что соответствует 542 градусам по шкале Ранкини, 22 градусам по шкале Реомюра, или 83 градусам по шкале Фаренгейта. – После секундной паузы она добавила: – Возможно, вы сочтете свое пальто довольно теплым для такой погоды.

– Я не собираюсь носить его, не снимая, – ответил Айсберг. – Как добраться отсюда до города?

– Общественный транспорт курсирует между городом и аэропортом раз в два часа. – Она взглянула на свои часики. – Боюсь, экипаж только что ушел. Если не хотите ждать, то обычно перед космопортом дежурит несколько такси.

– Спасибо, – сказал Айсберг. Он повернулся, пересек зал и вышел через главный вход. Перед входом оказалось единственное такси, и он тут же сел в него.

– Куда едем? – спросил водитель.

– Мне нужно добраться до одного частного владения, – ответил Айсберг.