– План?

– Я разрабатывала его несколько лет, – ответила она. – Он возник в моей голове, когда я сидела в камере на Аде, и, с тех пор как обрела свободу, я пыталась воплотить его в жизнь.

– В чем он заключается? – спросил Айсберг. – Добиться контроля над Республикой? Уничтожить ее?

– Даже сейчас, в этот последний день нашей жизни, после того как мы о стольком переговорили с тобой, ты так и не начал понимать меня, – с горечью сказала Пенелопа. – У меня нет желания управлять кем‑либо. У меня нет армии, я не контролирую политиков, у меня нет сокровищниц с несметными богатствами.

– Тогда в чем же заключался этот План? – упорствовал Айсберг.

Пенелопа пристально посмотрела на него.

– Все гораздо проще, – ответила она. – Сделать так, чтобы больше никогда не родился ни один ребенок с этим проклятым даром. Существовало примерно три сотни мужчин и женщин, состав генов которых позволял им произвести другую Прорицательницу, другую Пифию, другую меня. Я управляла событиями, создавала и разрушала экономику целых планет, меняла целые политические системы – и все это с одной только целью: добиться того, чтобы ни один из этих трехсот человек никогда не встретился с другим, себе подобным. – Помолчав, она сдавленно прошептала: – Айсберг, это мой подарок вашей проклятой Галактике. Самое важное, что человека с даром, подобным моему, больше не родится. У этих людей не отберут ребенка, как это случилось со мной.

Теперь он пристально посмотрел на нее.

– Ты готова умереть, не так ли?

– Скоро, – ответила она. – Осталось еще кое‑что, что я должна сделать. – Она на секунду прикрыла глаза и вновь открыла. – Я позволила Моисею Мухаммеду Христосу выжить и бороться дальше. После поражения, которое он потерпел сегодня утром, он больше не сможет повлиять на осуществление Плана. – Пенелопа пожала плечами. – Пусть ваша хваленая Республика покажет, способна ли она господствовать или уже прогнила настолько, что ее время прошло.

– Ты не знаешь ответа?

– Меня больше не интересуют ответы.

Она прошла мимо него, обогнула пруд и вошла в дом, минуту спустя появившись вновь с чем‑то маленьким и мягким, что убаюкивала одной рукой.

– Кажется, я припоминаю эту куклу, – сказал Айсберг.

Она покачала головой.

– Это новая. Та, которую ты помнишь, развалилась, когда я была в заточении на Аде, и, конечно, я не стала просить другую, потому что взрослая женщина не должна играть в куклы. – Она вздохнула. – Но в какой‑то момент я обнаружила то, что другие уже знали: я не женщина. – Она вновь внимательно посмотрела на него и сказала: – Теперь, я думаю, пора.

Он аккуратно вытащил оружие из кобуры и навел на нее.

– Помолись своему Богу, – спокойно сказала Пенелопа. – Волна энергии, когда ты нажмешь спусковой курок, вызовет детонацию твоей взрывчатки.

– Одну минутку, – сказал Айсберг. – Существует лучший выход.

– Я думала, ты приготовился умереть, – сказала она. – Я надеюсь, ты не лгал, и никто из нас не выживет сегодня.

Он аккуратно вытащил один крошечный заряд взрывчатого вещества из‑под жилета и прикрепил к обойме пистолета.