– Я и не собираюсь тебя защищать, – сказал Ломакс. – Я просто опасаюсь, что ты будешь путаться под ногами.

– Что за черт? – возразил Малыш абсолютно серьезно. – Я думал, мы станем друзьями.

– Дружба несовместима с делом, которым я занимаюсь.

– А как же тогда человек, на которого вы работаете? – упорствовал Малыш. – Вы говорите о нем как о друге.

– Айсберг? Он – это я через тридцать пять или сорок лет. Если, конечно, я доживу.

– Айсберг? – повторил Малыш. – Так вы работаете на него?

– Да.

– Зачем вы ему понадобились? Ведь он же победил саму Пифию!

– Сейчас он уже старик с больной ногой – если нога вообще его: по‑моему, это протез. – Ломакс помолчал. – И по его словам, никакой победы не было вовсе. Похоже, он рад уже просто тому, что унес тогда ноги.

– Нет, он победил ее! – уверенно заявил Малыш. – Каждый знает эту историю. – Он не мог сдержать энтузиазма: – Подумать только – Айсберг! Чего бы я только не дал за то, чтобы встретиться с ним! А все остальные истории, которые про него рассказывают, – это правда?

– Может быть, и нет.

– Рассказывают, что он убил Олли Три‑кулака и что он разыскал Прорицательницу, тогда как сотни других охотников не смогли этого сделать, и…

– Умерь свой пыл и говори потише, – заметил Ломакс тоном, говорившим, что Малыш вновь позабавил его. – В противном случае оркестр может возбудить иск, обвинив тебя в нечестном соревновании.

– Прошу прощения, – сказал Малыш. – Но Айсберг! Он один из моих героев. – Он помолчал. – Расскажите, как он выглядит.

– Толстый, слегка прихрамывающий, лысый старик, – сказал Ломакс. – Но я не могу не признать: он сохранил свою реакцию. И его не проведешь на мякине.

– А почему вы работаете на него? Я полагал, что среди всех людей на Границе уж Айсбергу‑то не понадобится кто‑то вроде вас.

– Люди стареют, Малыш, даже такие, как Айсберг.

Вернулась официантка с двумя бокалами на подносе, а немного погодя к ним приблизился метрдотель.

– Я передал ваше сообщение, мистер Ломакс.

– Ну и?..

Мужчина пожал плечами.

– Не забывайте – решать теперь джентльмену, с которым вы хотели переговорить.

Ломакс кивнул.

– Отлично. Вы выполнили свою задачу.

– Еще одно.

– Да?

– Мы здесь цивилизованные люди, и Олимп – цивилизованная планета. Здесь очень строго следят за соблюдением законов. И в случае насилия, случись оно в «Синем шатре», это будет большой неприятностью для всех участников.

Он многозначительно посмотрел на расположенные над каждым столиком телекамеры службы безопасности.

– Я постараюсь не забывать об этом.

– Спасибо, мистер Ломакс.

Метрдотель ретировался на кухню. Ломакс отпил маленький глоток из своего стакана с соком и скорчил гримасу.

– Что‑нибудь не так? – поинтересовался Малыш.

– Я уже пробовал его раньше, – объяснил Ломакс. – Некая разновидность цитрусовых с системы Альтаир. Возможно, это стоит подороже, чем твое шампанское, но я не выношу вкуса этой гадости.

Он подвинул стакан на середину стола.

– Хочешь?

Малыш покачал головой.

– Меня устраивает то, что мне принесли, спасибо.

– Дело твое.

Малыш одним глотком опорожнил половину стакана.