- Какая скверная погода, - сказала она, прошла к столику для карт и не без труда налила кофе в одну из кружек.

- Я видывал и похуже, - ответил я. - Как там Тэрк?

- Снова закрылся в своей каюте. - Она чуть замялась. - Просто не знаю, что делать. Что ему сказать.

- Да ничего. Если у вас есть здравый смысл. Он, наверное, раскаивается, что все рассказал нам.

- А мне кажется, что это принесет ему облегчение.

- Исповедь полезна для души? - Я с сомнением покачал головой. - Только не для его души, сестра.

- Но он же не виноват. Он такая же жертва, как и те дети. Вы должны понимать это.

- Я-то понимаю, но вот он - нет. Тэрк считает себя детоубийцей. А медаль Конгресса только ухудшает дело. Он будет переживать это до самой смерти.

- И поэтому он убивает себя изо дня в день? Постепенное самоубийство?

- Искупление - вот слово, которое больше всего подходит к этим обстоятельствам. Думаю, что вам следовало бы это понять.

Тут дверь снова распахнулась, и появился Тэрк. Он быстро закрыл ее за собой и весело сказал:

- Нам повезло. Как раз самая подходящая погода для подхода к берегу. Я чувствую запах кофе? - Он выглядел как ни в чем не бывало, и это совсем не удивило меня, потому что, когда он приблизился к столику для карт, я явственно ощутил запах бренди. Он выпил немного кофе и разложил на столике карту района болот Хуфры. - Отлично, давайте обсудим обстановку. Талеб все еще на Ивисе и, будем надеяться, не подозревает, где мы сейчас.

- А это значит, что мы можем попасть на место и выбраться оттуда прежде, чем он узнает это? - спросил я.

- Совершенно точно, но едва ли это дает нам уж очень большой шанс. Вы не думаете, что он мог связаться со своими людьми в Алжире и приказать им поджидать нас в устье реки?

- У начала единственного пути, по которому можно проникнуть в болота на катере!

Он постучал по карте карандашом.

- На бумаге - да. А вы помните, я говорил вам, что раза два возил оттуда сигареты?

- Верно. Ну и что же?

- В некоторых случаях мы назначали рандеву в лагуне. Она находится посреди болот, примерно в миле от берега. Мне давали лоцмана из местных рыбаков, он показал мне протоку, по которой можно пройти.

- Еще один путь в болота?

- Что-то вроде. Но это очень тонкое дело. Песчаные отмели постоянно меняют место, но, я надеюсь, мы справимся. Если проникнем внутрь, они никогда не найдут нас, даже с воздуха, особенно если мы используем камуфляжную сеть, которую я вожу в трюме. Кроме всего прочего, здесь десять тысяч квадратных миль болот. Прямо иголка в стоге сена. - Он отложил карандаш. - Ясно только одно: если кто-нибудь подстерегает нас в устье реки, ему придется там долго ждать.

- Мне это нравится. - Я обратился к сестре Клер: - Очень хорошо, сестра, вот здесь как раз вы можете внести большой вклад. Очень важный момент.

Она без всяких колебаний выложила нам сведения о месте, где упал самолет. Тэрк принялся быстро работать, делая пометки на карте. Закончив, он обернулся ко мне:

- Все-таки лучше проверить расчеты. Два плюс два равно пяти в некоторые дни недели, насколько я понимаю.

Я принялся за работу, взяв штурманскую линейку, и, сделав вычисления, пришел к точно такому же результату. Потом обвел кружочком нужное место.

- В трех милях к северо-востоку от Зарзы.

Он обратился к сестре Клер:

- Те, с кем я имел дело, рассказывали мне, что в Хуфре живут довольно своеобразные, диковатые люди. Хуза, так вроде бы называется это племя?

Она кивнула.