За окнами уже спускались ранние декабрьские сумерки и редкие снежинки кружились в воздухе. В издательстве почти никого не осталось — все-таки пятница, короткий день, да еще Новый год скоро…

Ирина уже успела обсудить все вопросы и мирно сидела в буфете за стаканом чая и пирожком с капустой, когда заглянула секретарша Леночка.

— А, здравствуйте, Ирина Сергеевна! Знаете, первая книга из «Эры любви» уже вышла! Только что привезли из типографии. Хотите посмотреть?

— Правда? Конечно хочу!

Ирина забыла про недоеденный пирожок, отставила чай в сторону и поторопила девушку:

— Пойдемте, пойдемте!

Леночка провела ее в свой закуток и торжественно достала книгу.

— Вот. Любуйтесь!

Ирина взяла ее в руки бережно и нежно, словно новорожденное дитя. Гладила твердый глянцевый переплет, перелистывала страницы и все еще не верила, что это и в самом деле произошло! А уж как рада будет Верочка… Надо сегодня же ей написать! Она так ждала этого, так волновалась…

— На оформление, на оформление посмотрите!

Ирина послушно закрыла книгу. На обложке — женщина с длинными светлыми волосами, на заднем плане — пейзаж в нежных пастельных тонах. Название серии выведено стилизованным готическим шрифтом, а под ним нарочито небрежно, словно кто-то писал второпях, шло заглавие: «Звенья одной цепи».

— Ну как?

— По-моему, просто замечательно!

Ирина говорила совершенно искренне. Странно было держать в руках книгу, над которой сама недавно работала! А скоро эта книга появится в магазинах, каждый сможет ее прочитать…

Леночка таинственно улыбнулась.

— Ирина Сергеевна, а вы больше ничего особенного не заметили? — лукаво спросила она.

— Да вроде нет… Книга очень красивая! Даже в руки взять приятно.

— Посмотрите внимательнее!

Ирина присмотрелась — и ахнула. В лице прекрасной женщины на обложке легко угадывались ее собственные черты! Портретного сходства, конечно, нет, но все же… Глаза, чуть вздернутый нос, овал лица и поворот головы — все было так знакомо, привычно и вместе с тем ново. Только любящий взгляд мог увидеть ее такой.

Она прижала книгу к груди.

— Можно мне взять ее? Ну пожалуйста…

Лена замялась.

— Ну вообще-то это сигнальный экземпляр… Хотя ладно, берите! Но учтите — я ничего не видела.

— Спасибо!

Ирина чмокнула девушку в гладкую розовую щечку и почти выбежала прочь, словно боялась, что книгу отнимут.

— С наступающим!

— И вас тоже.

Ирина медленно шла домой. Переходя горбатый пешеходный мостик через Яузу, задержалась ненадолго. Высоко в небе светила полная луна, отражаясь в темной воде. Совсем скоро река скроется подо льдом до весны…

Ирина поудобнее пристроила сумку на плече и уже хотела было уходить, когда пальцы нащупали что-то твердое в потайном кармане. Что бы это могло быть? Давно пора отвыкать от старых привычек и не таскать с собой всякую дребедень!

Она пошарила в сумке и достала ту самую злосчастную серьгу, с которой все началось. Совсем забыла про нее! Даже странно теперь — сколько тревог, столько волнений осталось позади! Как будто это была вовсе не она, а совсем другая женщина.

Впервые за долгие месяцы Ирина ничего не чувствовала. В душе не было больше обиды и гнева, а, наоборот, благодарность судьбе за то, что обнаружила сережку под матрацем. Если бы не эта случайная находка, то и дальше могла бы жить в состоянии блаженного неведения, эдакой тетушкой в розовых очках при муже-гулене, вечной кухаркой, прачкой и горничной.