-  Признаться, - произнес адмирал, - я сначала не поверил своим глазам, когда с «Отважного» пришел телекс за вашей подписью. Вот уж не думал, что дело дойдет до ссылки на Дамогран.

    -  Вы не знали о моем назначении? - вежливо поинтересовался Конте.

    Он отрицательно покачал головой:

    -  Я узнал об этом лишь сегодня утром, когда вы вышли на связь с базой. У нас большие проблемы с оперативной информацией. Мы получаем новости из внешнего мира не курьерами, как другие базы, а обычной оказией - почтовыми, пассажирскими или грузовыми кораблями. В нашем случае верховное командование предпочитает не тратиться на курьеров - все равно в настоящее время дамогранская база не имеет никакого стратегического значения. Лет через пятьдесят - да, в этом регионе станет горячо, но пока это тихое и мирное захолустье. Тмутаракань, как здесь говорят. Последние известия, которые мы получили с Терры-Сицилии, касаются событий, происходивших за две недели до вашего отлета. Тогда вас еще не назначили капитаном «Отважного».

    -  Так точно, адмирал, - подтвердил Конте. - Я получил это назначение за восемь дней до старта.

    Он ожидал, что Сантини заведет с ним разговор о событиях на Тукумане и выскажет свое мнение по поводу предъявленных ему обвинений, но адмирал обошел эту тему молчанием, даже не поинтересовавшись итогами работы следственной комиссии. Впрочем, один итог - перевод на Дамогран - был очевиден и без всяких расспросов.

    -  Итак, к делу, - заговорил Сантини, включив терминал на столе и вставив в считывающее устройство свою идентификационную карточку. - Я уже подготовил приказ о вашем новом назначении. Оставлять вас капитаном устаревшего эсминца я считаю нецелесообразным - это неподходящая должность для офицера с вашим опытом и квалификацией. Вы согласны со мной?

    Конте кивнул:

    -  Полагаю, адмирал, что мне по плечу и более ответственный пост.

    -  Я тоже так думаю, коммодор. Тем не менее, передать в ваше подчинение одну из пяти бригад я не могу - их возглавляют опытные, знающие свое дело люди, которые не заслуживают понижения в должности. Та же ситуация и с ведущими кораблями эскадры, к тому же только три из них выше классом, чем эсминец «Отважный». Что до штаба, то его возглавляет равный вам по званию, хоть и не такой талантливый офицер - коммодор Валенти. Он отлично справляется со своими обязанностями, и у меня нет к нему ни малейших претензий. А значит… - Сантини выдержал короткую паузу, проницательно глядя на него, - остается сама эскадра.

    Конте был застигнут врасплох, но постарался скрыть свои чувства под маской вежливого удивления.

    -  Прошу прощения, адмирал, но ведь командир эскадры - вы.

    -  Совершенно верно. Как начальник дамогранской базы, я являюсь главнокомандующим всех дислоцированных в этом секторе вооруженных сил Корпуса. А поскольку эти силы, если не считать орбитальной станции и прикрепленного к ней дивизиона планетарных заградителей, состоят из одной эскадры, то одновременно я занимаю пост ее командующего. Это обычная практика, позволяющая устранить лишнее звено в командной цепочке. Однако ничто не мешает мне поставить во главе эскадры кого-то другого - я располагаю соответствующими полномочиями. Ваше назначение, конечно, должны будут утвердить в Генеральном Штабе, но вряд ли там станут возражать. Для ваших злопыхателей все едино, командуете вы эсминцем или всей эскадрой; главное, что вы вдали от всех основных баз Корпуса.

    -  Это адмиральская должность, - осторожно заметил Конте.

    -  На Тукумане эти соображения вас не остановили, - тотчас парировал Сантини.