Министр молча кивнул, принимая ответ. О чем он думал, по его невозмутимому лицу было не понять.

— Я очень рад, что мы наконец сможем снять все возникшие между нашими странами разногласия. — продолжил Фрунзе. — Если я правильно понял, вы ведь для этого и приехали?

— Так и есть. Мой Император желает прекратить эту войну и установить крепкий мир. И согласие.

— И экономическое сотрудничество, не так ли? А то какой мир без торговли?

— Разумеется.

— Хорошо. Тогда предлагаю сразу перейти к делу. Я знаю, что в Японии это не принято. Но вы мой гость и мне хотелось бы, чтобы вы уважили традиции моей страны.

— Мы приложим все усилия.

— Смотрите. Не будем лукавить. В эту войну вы ввязались из-за советов англичан. Чем доставили нам немало хлопот. Более того, вынудили воевать еще и с вами. Что в известной степени затруднило решение финского вопроса. Но вы дрались крепко. Поэтому требовать то, что я хотел раньше, мне кажется бесчестным и неправильным.

Посол молча кивнул.

— Поэтому я хочу юг Маньчжурии с Порт-Артуром и юг Сахалина. На Корею мы более не претендуем. Да, нас все также беспокоит возможность начала вами войны против нас. Внезапно. Что вы как минимум дважды делали в этом столетии. И, чтобы этого не повторилось, Корея должна стать демилитаризованной зоной. То есть, на ее территории нельзя располагать войска. Никакие. Вообще. Ни сухопутные, ни морские. Любой военный корабль должен заходить в порты Кореи только в случае безвыходной ситуации и покидать ее в кратчайшие сроки. Не только японский. Вообще любой.

— Вы просите слишком много.

— Мы не на базаре и не собираюсь торговаться. У меня есть возможность проводить войну дальше. У вас — нет. Время работает на меня. Продолжая блокировать Квантунский полуостров минимальными силами и авиацией, я просто дождусь голода. И когда он сделает свое дело — зачищу территорию. А потом развернусь на восток и займу Корею. И вот тогда я потребую еще и Хоккайдо. Ведь война — это акт хозяйственной деятельности. И было бы глупо вести ее так, чтобы не получать с нее прибыли.

— Хоккайдо? Но зачем он вам? — с трудом сдерживая волнения спросил министр.

— Он закрывает акваторию Охотского моря, делая его полностью внутренним. Кроме того, он позволяет контролировать удобный маршрут из Владивостока в Тихий океан. Это стратегически важный остров. Признаться, уже сейчас от требования его меня сдерживает лишь вежливость и нежелание ставить вас в безвыходное положение. В конце концов Император должен сохранить лицо. И я готов пойти на определенные уступки.

— Даже передача вам южной Маньчжурии и Южного Сахалина будет восприниматься в Японии как потеря лица.

— Россия в свое время потерпела поражение по ряду случайностей. И это, очевидно, вам вскружило голову.

— Мы считаем иначе.

— Конечно, иначе бы не полезли в этот раз на рожон. Следственный комитет Советского Союза провел комплексное расследование и сумел установить массу преступлений, квалифицируемых как государственная измена, в ту войну. Англичане подготовились очень хорошо к той войне. На нужных людей были собраны компроматы, иным занесли денег. Но даже несмотря на это, им пришлось спешно и стихийно организовывать революцию, чтобы спасти Японию от поражения. Если желаете, вам предоставят фотокопию расследования.

— Мы не вполне ему доверяем.

— Какой смысл следственному комитету Советского Союза выгораживать кого бы то ни было в царской России? — усмехнулся Фрунзе. — Впрочем, если пожелаете, вы всегда можете ознакомиться с делом и проверить его в меру своих возможностей.