— Я понимаю ваше нежелание брать на себя ответственность за сорванные сроки. Но мне нужны даты для планирования. — строго произнес Фрунзе. — В какой срок, если все пойдет хорошо, вы начнете их выпуск серийно? Не закроется потребности флота, а начнете закрывать уже?

— Не меньше полугода.

— Быстрее никак?

— Даже полгода — это практически сказочно. И я бы сам не стал надеяться на него.

У Фрунзе задергался глаз. Но он не стал ничего комментировать… Обуховским заводом руководил человек ответственный и если он говорит — полгода, то… нужно искать другие пути…

— Что-то удалось выяснить по этому покушению в ювелирном? — спросил генсек начальника КГБ, после завершения совещания Ставки.

— Дядька Семен, который дал наводку, как в воду канул. Мы его передали в розыск, но… — развел руками Артузов.

— Удалось установить личность этого Семена?

— Бобыль. Алкоголик. Перебивался случайными заработками. Познакомился с этим придурком во дворе, когда они оба пили. Опрос жителей показал — не притворялся, честно пил. Иногда спал под забором.

— Думаешь ликвидировали?

— А есть варианты? Мавр сделал свое дело. И этот мавр слишком много знал. Во всяком случае — он мог указать не следующее звено в цепочке. Мы пытаемся сейчас установить круг лиц, с которым он общался. Но это крайне непросто. Он ведь не тихий алкоголик и выпивая частенько отправлялся на поиски приключений. Да и не каждый день ночевал у себя. Ну или хотя бы, не валяясь где-то во дворе.

— А этот, с пистолетом. Он кто?

— Студент-филолог. Учился на переводчика. Но отчислен за неуспеваемость.

— На самом деле?

— Официально да, но, как мне кажется, там что-то еще. Пытаемся выяснить. Так или иначе, но жил переводами. По сути нищенствовал. Задолжал за аренду комнаты. Полгода уже не платил, но ему пока прощали из жалости. Не мог устроиться на работу. Последнее время начал выпивать.

— Почему не мог устроиться? Мне казалось, что в Москве постоянный дефицит рабочих рук. Квалифицированных и образованных. И даже студент-недоучка, все равно, имеет образование куда выше, чем простой рабочий. Такого на простые должности с удовольствием возьмут.

— А вот и нет. Опрос показал, что его не решались брать. Несколько раз брали учеником. Он сломал станок и так — по мелочи напортачил. Один раз его мастера увезли в больницу. В общем — горе луковое. Хотя, опять же, как мне кажется, там что-то еще есть. Очень уж легко его вспоминают и нервно реагируют.

— Пистолет он откуда взял?

— Дядька Семен дал. Он по пьяни болтал, дескать, в недалеком прошлом военный человек был.

— Так и есть? Бывший революционный вождь что ли?

— Если только совсем неприметный. Он никогда в РККА не состоял. В царской армии тоже.

— Анархист?

— Или бандит. Да и кто его знает, кто еще? Сведений по его личности очень мало. Так часто бывает с теми людьми, которые тихо сидели.

— Либо со шпионами, пользующимися выдуманными личинами?

— Ну или так. Люди из ниоткуда. Англичане, к счастью, не уделяют такого уж вдумчивого внимания проработке легенды. Не устной, а путем правки всякого рода архивных документов. Хотя бы частично. Чтобы создавать эффект присутствия.

— Значит шпион…

— Не факт. Мы не можем установить.