— Капитан Трентам, капрал Трумпер и рядовой Прескотт королевских фузилеров, — твердо выкрикнул Чарли.

— Пароль? — потребовал голос.

«О боже, какой же?..»

— Красная шапочка, — закричал сзади Трентам.

— Подойдите для опознания.

— Прескотт первый, — сказал Трентам.

Томми, приподнявшись на четвереньки, медленно двинулся к своим окопам. Чарли услышал звук раздавшего сзади выстрела и с ужасом заметил, как Томми упал на живот и замер в грязи.

Чарли быстро оглянулся в полумраке на Трентама, который произнес:

— Проклятые гансы. Ложись, иначе то же самое может случиться и с тобой.

Чарли проигнорировал приказ и быстро пополз вперед, пока не наткнулся на распростертое тело своего друга. Оказавшись рядом, он положил руку на плечо Томми.

— Осталось всего двадцать ярдов, — сказал он ему и крикнул в сторону окопов: — Человек ранен.

— Прескотт, не двигайся, пока не исчезла луна, — раздался сзади приказ Трентама.

— Как ты себя чувствуешь, дружище? — спросил Чарли, пытаясь понять выражение лица Томми.

— Если честно, то раньше было лучше, — ответил он.

— Тихо, вы оба, — прошипел Трентам.

— Кстати, это была не германская пуля, — задыхаясь проговорил Томми, и тонкая струйка крови потекла у него изо рта. — Так что постарайся достать этого ублюдка ты, если мне не дано это сделать своими руками.

— С тобой все будет в порядке, — сказал Чарли. — Никто и ничто не смогут убить Томми Прескотта.

Когда большая черная туча заслонила луну, группа людей, включавшая двух санитаров Красного Креста с носилками в руках, выскочила из окопов и бросилась к ним. Они опустили носилки рядом с Томми и, перетащив его на брезент, трусцой побежали назад. Со стороны немецких позиций защелкали выстрелы.

Оказавшись под защитой траншеи, санитары небрежно бросили носилки на землю. Чарли закричал им:

— Несите его в госпитальную палатку быстрее, ради бога, быстрее.

— Нет необходимости, капрал, — сказал один из санитаров, — он умер.

Глава 5

— В штабе давно ждут твой рапорт, Трумпер.

— Я знаю, сержант, знаю.

— Какие-нибудь проблемы, парень? — спросил старший сержант, подразумевая, видимо: «Ты умеешь писать?»

— Никаких проблем, сержант.

Весь следующий час он медленно излагал свои мысли на бумаге, а затем переписывал свой немудреный отчет о том, что произошло 18 июля 1918 года во время второго сражения на Марне.

Чарли читал и перечитывал свое банальное изложение, сознавая, что, хотя он и превознес храбрость Томми во время боя, но ни словом не обмолвился о бегстве Трентама от противника. Все дело было в том, что он не был свидетелем того, что происходило сзади него. Он мог бы изложить свое мнение, но был уверен, что не выдержит перекрестного допроса, который будет устроен позднее. А что касается гибели Томми, то как он мог доказать, что одна пуля среди множества других была выпущена из пистолета капитана Трентама? Даже если Томми был прав в обоих случаях, выскажи Чарли эти предположения, он все равно бы оказался один на один с офицером и джентльменом.

Единственное, что он мог сделать, так это не воздавать никакой хвалы в своем рапорте действиям Трентама на поле боя в тот день. Чувствуя себя предателем, он поставил свою подпись внизу второй страницы и передал рапорт дежурному офицеру.

К вечеру того дня дежурный сержант отпустил его на час, чтобы выкопать могилу для рядового Прескотта.