Чэпмен взял блокнот в правую руку и стал похлопывать им по левой.

– Существует ли способ соотнести ваш рассказ с конкретными датами? Вы ведете ежедневник, у вас есть календарь?

– Они мне ни к чему, детектив. Я ходил на работу в одно и то же место, к одному и тому же времени. Я веду дневник, где описываю выставки, которые посетил, и у меня полно альбомов с набросками, но там нет записей о встречах.

– А как насчет Варелли? – спросила я. – Люди договаривались о встречах с ним, о поставках, оплачивали счета…

– Этим ведала Джина Варелли. Только ей Марко разрешал управлять своими делами.

– Значит, все у вдовы?

– Да. Она назначала большинство его встреч. Марко не любил, когда его отвлекали телефонными звонками и прочими прозаическими вещами, – усмехнулся Кэнон. – Деньгами, например. Разве она не показала вам свою книгу, когда вы с ней разговаривали? Там у нее все – каждый визит, клиент, счет расписка. Полагаю, это станет вам огромным подспорьем в расследовании.

– Нет, книгу она не дала, но даст, когда мы встретимся на этой неделе, – ответила я, записывая это в список задач и кивая Майку. – Возможно, она расскажет нам и о янтарной статуэтке. Возможно, они с Марко говорили о ней дома, наедине.

– Да. Я позвоню ей сегодня и узнаю, можно ли заехать завтра утром и забрать книгу и статуэтку, да. Куп?

Я не успела ответить.

Вместо меня заговорил Кэннон:

– Завтра не получится, детектив. Примерно за два часа до похорон, что были назначены на прошлую пятницу, Джине позвонил мэр Флоренции В этом городе Марко родился. Итальянское правительство предложила оплатить расходы по доставке его тела домой, чтобы похоронить в фамильной церкви, где-то на севере страны, в горах, рядом с предками. Он там вроде национального героя – так они уважают своих художников. Вчера вечером Джина Варелли улетела в Италию. В маленький городок в Тоскане. Я даже не знаю, как с ней связаться.

– Сейчас позвоню своим стажерам, пусть выяснят телефон мэра Флоренции. А ты позвони экспертам – вдруг они изъяли какую-нибудь книгу в мастерской Варелли.

– Говорю же, мы с Мерсером были там вместе с ними. Ничего подобного. Единственное, что они изъяли как улику, – это солнечные очки. Эта книга, скорее всего, в квартире, а не в мастерской.

– Ну что же, если мы сможем найти племянницу, которая отвезла Джину Варелли тем вечером, то, возможно, нам удастся убедить ее разрешить осмотр квартиры. А если нет, то утром я выпишу еще одну повестку. – Я посмотрела на часы: – Сейчас почти четыре.

В участке началась пересменка, детективы, работающие утром, уходили, и заступали на дежурство те, кому работать с четырех до полуночи. Но даже те, чей рабочий день официально закончился, оставались работать сверхурочно – из-за Мерсера.

Джимми Хеллоран распахнул дверь:

– Твоя секретарша на второй линии. Возьмешь трубку?

– Да. Лора, что-то случилось?

– Нет, просто хочу сообщить новости. Пэт Маккинни устраивает завтра в десять встречу с некоторыми старшими сотрудниками судебного отдела. Кэтрин велела тебе передать, что повестки дня у них нет, но, очевидно, он собирается назначить кого-то на дело Мерсера.

– Поблагодари ее. Я обязательно приду.

– Но тебя-то и не позвали, Алекс. В этом все дело. Вот почему Кэтрин хотела, чтобы я тебе все передала.

Черт побери! Маккинни, как заместитель главы судебного отдела, сделает все, чтобы причинить мне неудобства, раз уж я оказалась свидетелем ранения Мерсера. Но я собиралась принять участие в обсуждении кандидатуры юриста, которому предстоит заниматься этим делом.