– Ты не сможешь отвечать судье так же, как мне сейчас, когда он задаст тебе те же самые вопросы, но уже в суде. Он потребует уважения и заставит рассказать ему все, что потребуется.

– Тогда давайте закончим эту бодягу, дайте мне уйти, – Рут шлепнула ладонью по столу и встала. – А с Брюсом разберется Уоким.

– Сядь, Рут. Ты никуда не пойдешь. Брюс сидит в тюрьме с вечера, а в зависимости от того, что ты мне расскажешь, судья либо отпустит его под залог, либо оставит за решеткой.

Мы обменялись яростными взглядами, и она снова села. Беседа продолжилась теми же темпами и с такими же результатами. Когда мы дошли до того, как Брюс утащил ее в свою комнату, я спросила, не включал ли он телевизор или видео.

– Ага, он врубил кассету, но я не стала смотреть.

– Он говорит совсем другое.

– Вы кому верите, ему или мне? Вы вообще на чьей стороне?

– А что это был за фильм? – продолжила я, игнорируя ее всплеск.

– Я его раньше видела, у Уокима. Порнушка. Там лижутся две девицы. Я почти не смотрела на экран.

Отлично. Даже на этом этапе версия Брюса кажется более правдоподобной.

Зажужжал интерком, и Лора попросила меня подойти.

– Если вспомнишь, что не все было так, как ты рассказала полиции, то сейчас самое время поделиться этим с Кэрол. Если после присяги ты дашь ложные показания в суде, ни Кэрол, ни я не сможем тебе помочь.

С этими словами я извинилась и вышла, пообещав вскоре вернуться.

– Алекс, это миссис Харвинд, мать Рут. Знакомый сказал ей, что дочь поехала к нам, и она пришла поговорить с тобой.

В коридоре скромно стояла женщина средних лет, взволнованная и заплаканная. Я представилась и отвела ее в конференц-зал, объяснить, что происходит. Рут просила не рассказывать матери о случившемся, и я не стала упоминать, что она сидит у меня в кабинете.

– Мисс Купер, вы должны найти мою девочку. На нее пришла повестка из суда Квинса по семейным делам, потому что она опять убежала из приюта, в который ее поместили.

– Как давно это было? – Я была полностью сбита с толку, потому что Рут не в том возрасте, чтобы жить в приюте.

– Две недели назад. Это все тот парень, Уоким, он прячет ее в своей квартире. Моя девочка выглядит взрослой, но ей всего пятнадцать.

– Пятнадцать?

Я усадила миссис Харвинд и объявила ей, что Рут у меня. Раз у нее повестка, то закон обязывал меня выдать девочку суду.

– Лора, позвони в прокурорский отдел. Спроси сержанта Марона и передай ему, чтобы немедленно выслал сюда человека. Женщину-детектива и еще кого-нибудь.

Вряд ли удастся избежать проблем. Девочка наверняка станет всем перечить. Рут и Кэрол сидели у меня в кабинете, так что я устроила миссис Харвинд в конференц-зале, а сама вышла на лестницу ждать детективов. Еще до того, как они появились, из лифта вышел мужчина лет сорока, с двумя банками содовой в руках, и направился к Лоре. Я услышала, как он спросил про Рут.

– Извините, вы Уоким? Я Алекс Купер, один из прокуроров, ведущих дело Рут. Мы почти закончили. Не могли бы вы подождать в кабинете Кэрол до конца беседы?

Без малейшего намека на протест он попросил передать Рут содовую, а сам направился обратно к лифту. Нечего ему ошиваться поблизости, когда я скажу Рут, что она не может вернуться к любовнику.

Сержант Марон и детектив Керри Шрегер появились через пару минут.

– Могут возникнуть проблемы. У меня тут сидит очень грозная девочка-тинейджер, которой нужно явиться в суд в Квинсе. Побудьте рядом, хорошо? А потом поможете мне туда ее доставить.

Я вернулась в офис. Марон и Шрегер остались за дверью, но Рут мгновенно поняла – что-то не так.