– Я скажу ему, Пол. А сейчас я хотела бы узнать… Сжимая сигару передними зубами, он процедил:

– И передай ему, что я никогда не выдаю свои источники. Если он хороший репортер, то поймет меня.

У стола Роуз я притормозила – только у нее я смогу выяснить, что Батталье известно о моем новом романе, но ее не оказалось на месте, поэтому я отправилась к себе.

– Звонит Майк. Я хотела перевести его в офис Баттальи, но там сказали, что ты уже идешь сюда, – сообщила мне Лора.

Я вошла в кабинет и сняла трубку.

– Я только что разговаривал с моргом по поводу Марко Варелли. Вскрытия не производили. Сказали, не было смысла. Ему восемьдесят четыре, плохое сердце, наблюдался у врача. Его врач и подписал свидетельство о смерти. Так что тупик. К концу дня труп выставят в ритуальном зале на Салливан-стрит. Мы пойдем туда в часы посещения, вдруг удастся поговорить с его приятелями или служащими. Кроме того, я говорил с федералами по поводу их расследования о мошенничестве на аукционах. Давай встретимся в офисе Ким Макфедден в пять? Им есть что сказать, плюс узнаем о краже в музее Гарднер.

Прокуратура южного федерального судебного округа располагалась в двух кварталах от моей работы, она приютилась за старым зданием федерального суда, рядом с полицейским управлением и Нью-Йоркским отделением ФБР.

– Отлично, значит, у меня еще останется время на свои дела, что тут накопились. Увидимся в пять.

– Я не вовремя? – спросила Кэрол Райзер, просунув голову в дверь. Она была у нас новенькая, вполне компетентная, но все равно за ней нужно было присматривать, если дело касалось важных процессов.

– Если я попрошу тебя подождать, пока освобожусь, твоя клиентка умрет от старости. Что ты хотела?

– ~ У меня проблемы с потерпевшей по делу, которое попало ко мне вчера. У ответчика темное прошлое —» три судимости, но в истории потерпевшей не все ладно, а я не могу добиться от нее правды. Можно я приведу ее к тебе?

– Да. Только расскажи предысторию.

– Ее имя Рут Харвинд, ей девятнадцать. Живет с матерью в Квинсе. У нее есть парень – Уоким Вейкфорд, он ждет у меня в кабинете. Ответчик – его сосед по комнате, Брюс Джонсон. Рут заявила, что однажды задержалась в их квартире, когда Уоким ушел на работу. Говорит, Брюс открыл дверь в ее спальню при помощи ножа и утащил в свою комнату, где и изнасиловал.

Кэрол знала, как я провожу такие беседы. Она составила список несоответствий той версии, что Рут рассказала полиции, и той, что поведала Кэрол. Еще она отдельно выписала факты, которые казались противоречащими реальности.

– Что тебе не нравится?

– Процесс изнасилования был в самом разгаре, когда вернулся ее приятель, постучался к Брюсу и спросил, где Рут. Брюс ответил, что не знает, и Уоким ушел. Вопрос – почему она не кричала и не звала на помощь? Ведь Уоким был в соседней комнате. Скажи она, что не кричала, потому что Брюс угрожал ей ножом, я бы поверила. Но она сказала, что ей это просто в голову не пришло.

– Что еще?

– Полиция осмотрела дверь, которую, по ее словам, ответчик вскрыл ножом. Там ни на дереве, ни на краске нет никаких следов. Кроме того, она не заявила непосредственно после случившегося. Выйдя из квартиры, она наткнулась на Уокима на улице. Вместе с ним снова поднялась в квартиру, приняла душ, и они занялись любовью. Никто не произнес слова «насилие», пока не пришла подружка Брюса и не сказала, что Рут изменяет Уокиму. Именно он велел Рут пойти в полицию, если ее история правдива.