Энтони глубоко вздохнул.

— Мне нужно обдумать все это, дружище. Я что-нибудь да устрою.

— Прекрасно понимаю.

Энтони еще некоторое время находился в замешательстве.

— Мне казалось, ты в последнее время выпрямился, — наконец изрек он. — Слышал, ты занялся легальным бизнесом?

Алан усмехнулся.

— Именно. Но как говорится в старой пословице, этого никому не уразуметь, кроме меня самого. Особенно если дело затрагивает мои личные интересы. — Он вытащил толстый конверт из внутреннего кармана пиджака и положил на скамейку рядом с Энтони. — Здесь пятнадцать штук пятидесятифунтовыми купюрами. Это для начала. Будет намного больше, когда дело тронется. Я хочу, чтобы ты это организовал все как можно аккуратнее. И тогда деньги — не вопрос! О'кей?

Энтони взял пальцами конверт, зажал тот в огромном кулаке и взвесил. И лишь потом ответил:

— Прекрасно, но я должен предупредить тебя, Алан: у Левиса длинные руки.

Алан медленно покачал головой.

— У меня тоже, Тони, у меня тоже.

Едва Донна вышла из душа, зазвонил телефон.

— Алло?

— Привет, Донна, я просто звоню сообщить насчет книг: они готовы, можешь прийти посмотреть их.

— Отлично. Я приеду сегодня примерно к девяти.

— Как Джорджио?

— Терпимо. А ты постараешься его навестить?

В трубке наступила пауза. После чего Стефан ответил:

— Это не так просто. У меня мало ордеров на его посещение. И ехать далеко. Полагаю, ты — единственный человек, которого он хочет видеть.

Донна физически ощутила, как из телефонной трубки струятся волны враждебности.

— Я его жена, Стефан.

— Ну, конечно, жена… Ранее предполагалось, что я буду активно помогать тебе заниматься делами. А сейчас… Похоже, ты об этом забыла. Меня очень расстраивает, что вместо этого ты проверяешь мою работу…

Донна слушала Стефана, и губы у нее постепенно складывались буквой «о».

— Я проверяю тебя?! Послушай-ка, Стефан, я просто реализую свое право. Я партнер в вашем с Джорджио бизнесе, и вполне естественно мое желание в нем разобраться! — Донна заговорила на повышенных тонах, но, почувствовав это, решила, что надо успокоиться.

Теперь настала очередь Стефана нервничать.

— Ты владеешь долей в двадцать пять процентов, и все! Контрольный пакет у меня. Я думаю, у тебя, черт побери, совсем маленький интерес, и, честно говоря, я миндальничаю с тобой только потому, что ты жена моего брата. А теперь давай закроем эту тему, хорошо?..

Донна с удивлением услышала гудки: он бросил трубку. Она плотно обмоталась толстым розовым полотенцем и в недоумении уселась на кровать: «Что-то творится со Стефаном, и причина кроется вовсе не в том, что я изъявила желание заглянуть в его книги… — Она спросила себя, почему так упорно желает сделать это. Донна не придавала этой акции особого значения. Но Донну не оставляло ощущение, что здесь что-то не так. Нечто происходит за ее спиной, и довольно долгое время: — Я не доверяю Стефану Бруносу».

Это было поразительное открытие.

Хэтти терпеливо выслушала шумное выступление Стефана, напоминавшее проповедь, и печально покачала головой:

— Она очень скоро все выяснит, и тогда тебе и всем, кто с этим связан, придется туго.

Стефан выдавил из себя улыбку:

— Не-а! Она не узнает. И никто из них не узнает. Я слишком умный, прямо тебе скажу. — Он криво ухмыльнулся, чтобы поднять себе настроение.

Однако настроение Хэтти это не изменило.