После Перпиньяна, разгоряченные началом этой невероятной по масштабу операции ни она, ни Дмитрий даже не предположили, что знакомство с неловким возницей биги будет иметь продолжение.

 Она подмечала прежде, что местный уклад и люди иногда напоминают ей миры. Она думала, что это из-за Алика, заботы о мирах снова воскресли после видения, она стала ворошить прошлое, и опыт подсказывал ей параллели в настоящем.

 В отношении с землянами, в земных делах она старалась всегда проводить черту, за которой было неправильно пользоваться своими способностями великой. Но за последние дни и после встречи с инопланетянином ее мнение на этот счет резко изменилось. В прошлом, она с таким трудом согласилась с тем, что она не человек, наверное из страха не найти ответ, кто же она на самом деле. Ох уж, эта память! Воспоминания всегда были яркими. Она могла вернуться в любую точку времени и прожить свое прошлое опять.

 Наверное поэтому сейчас Александрия напоминала ей далекие времена в мирах отца. Люди из этого времени походили на "смертных", как называли простых жителей миров более долговечные великие. Она сравнивала обитателей ее мира с земным. Сходство временами было сильным. Взять к примеру Пталимарха. Его выходка под влиянием инопланетянина напомнила ей Мейхила. "Почему ты так действуешь на меня? Как увидел тебя у храма, не могу забыть твое лицо", - практически цитата из прошлого. Вероятно, Пталимарх, как сильный мужчина, испытал эти чувства на площади у храма, как реакцию на нее, а ловкий манипулятор вытряс эти чувства наружу из его сознания. Зачем Лжемельзис сыграл на этом, оставалось догадываться. Его логика своеобразна. Пока она тут "сидит в тюрьме", ее соперник устроит еще что-нибудь в этом роде.

 Пришли две рабыни и устроил все для ужина, который оказался обильным.

 Следующим гостем был римлянин. На переложение сесть он ответил благодарностью, не отказался от вина и сам смешал его. Юстиниан, как она, понимал, что их могут подслушать, поэтому сидели они близко и говорили не громко.

 - Сестра сообщила мне, что тебя взяли под стражу. Каково же мое недоумение, что тебя заточили здесь. Что от тебя нужно диойкету?

 - Я уверена, ты знаешь его цель.

 - Елена, я всегда говорил о тебе, что ты редкая женщина. Мы хорошо понимаем друг друга. Я это понял с первой встречи.

 - Мы мало знакомы и мало общались, но ты прав. Однако, твой интерес ко мне странен.

 - Доверься мне. Если ты сообщишь мне где Пелий, ему тут же в защиту будет предоставлено сорок лучших воинов.

 - Юноша будет вечно обязан тебе и поможет в игре Рима против фараона, - перейдя на тихий шепот, склоняясь к Юстиниану, сказала Эл.

 Юстиниан не скрыл восхищения. Он вообще отличался восторженными реакциями, показные жесты были манерой его поведения. Такая прямолинейность в первые мгновения смутила и чуть напугала его, но он нашел, что возразить.

 - Ты не веришь, что я могу помочь этому юноше из дружеских чувств?

 Она снова доверительно склонилась.

 - Не верю.

 - У тебя нет ни связей, ни покровителей в этом городе. Если б не Пталимарх, мы бы не узнали, где ты поселилась. А потом твои близкие скрылись. А ты допустила арест. И старейшина македонской общины пришел защитить тебя, а у ворот уже толпятся недовольные поступком диойкета. Самого диойкета! Елена, да кто ты? Жрецы пустили тебя в библиотеку и отнеслись к тебе так, как не ко всякому уважаемому философу. Во истину - ты явление на горизонте моей жизни! Неужели верно, что бывают столь одаренные покровительством богов и силой люди? И женщина при этом.