- Хватит со мной заигрывать. Точно сбежишь?

 - И не одна, со мной куча народу будет. Исправим будущие временные парадоксы?

 - О боги, моя жена помешана на сложных комбинациях. Не забыла, - он указал на дверь.

 - Услышу взрывы, вынесу дверь. Проверим наше новое взаимопонимание?

 - Я бы по старинке, часы предпочел. Хочешь я всех в тюрьме освобожу?

 - С тебя полумертвого конюха хватит, оттащи его в египетский квартал к какому-нибудь храму, там тихо будет.

 - Эл, я надеюсь к утру эта кутерьма закончиться? Или тебе нравится тут сидеть? Я бы с тобой посидел в такой роскоши.

 - Все. Давай. Пора. У меня снова гости.

 - Ты приемные часы на двери повесила? - Он отошел в темноту, когда Эл чуть рыкнула на него. - Все. Я оставляю тебя громить этот милый домик, прекрасная пленница.

 Эл направилась в середину комнаты.

 Дверь начала открываться, когда она беззаботно устроилась на кушетке и изобразила задумчивую лень.

 Это был Артесий, одетый так же, как было при их первой встрече на пляже. Он вошел в комнату, огляделся, увидел ее и замер.

 - Ты помнишь меня? - с надеждой спросил он.

 - Я тебя помню. Что заставило тебя так рисковать? Заходить в этот дом опасно.

 - Я... Меня как-то легко сюда пустили... Я был уже в доме, когда все это началось... Я пришел тебе сказать волю моего невидимого господина. Я слагал гимн, когда услышал его голос сегодня к вечеру. Я никогда не слышал его прежде, но я его знаю. Я полагал, что большинство оракулов притворяются и под действием зелья говорят вздор. Не сочти меня за безумца, прекрасное явление Афины. Богиня спасла мою жизнь, и у меня появилась возможность отдать этот долг, ты была мне знаком. Со мной подобное происходит в первый раз. Я только инструмент судьбы, как полагается быть человеку моего занятия.

 - Ты знаешь голос, который никогда не слышал?

 - Я знал живого обладателя этого голоса. Когда он был еще жив. Сегодня со мной беседовал сам Мельзис.

 Эл встала, подошла к нему, он снова что-то хотел сказать, но она схватила его за руку.

 - Не похоже, чтобы тобой кто-то управлял.

 - Нет. Мною никто не управлял, я слышал его голос.

 - Как выглядит Мельзис?

 - Я помню его не старым. Волосы густые и борода его была длинной и серебристыми лентами седины. Он не высокий, - Артесий показал рост жестом. - И одно плечо у него ниже другого, он говорил, что участвовал в сражении и был ранен. Он всегда носил тунику длиной до щиколоток, чтобы не пачкать края и не украшал ее ничем. У него глаза серые и чистые. Лоб...

 - Достаточно.

 - Я могу очень точно его описать.

 - Артесий, Мельзис жив?

 - Нет. Он умер, я сам был у катакомб, когда опускали тело.

 - Он умер в Александрии?

 - Да.

 - Это катакомбы, которые разбиты с юга?

 - Он велел мне показать тебе место. Я растерялся, когда понял, что ты арестована. Я пришел поздно?

 Он опять оглянулся на дверь.

 - Ты пришел вовремя. Ты покажешь место?

 Эл подошла и стала совать топливо и все что могло гореть в чаши светильников, чтобы было больше света.

 - Но в городе беспорядки, ночь. И как тебе сбежать? - Он стал шептать тихо. - Я могу попробовать сделать что-то с этой дверью во двор. Я могу проникнуть в тот сад через стену и поджечь дверь.

 - Не боишься остаться здесь?

 - Я сам сидел в тюрьме. Это унизительно. Даже в такой. Хозяин этого дома жестокий человек. Я останусь и буду тебя защищать. Мне самому через месяц грозит стать рабом, я не хочу такой жизни.