— Ты же понимаешь, что незамеченными выйти отсюда не получится?

Я посмотрел сначала на Ксению, а после на большие окна, нижняя граница которых начиналась на высоте двух с половиной метров относительно пола. Ощупав один из замков телекинезом, я тут же его и вскрыл, распахнув тяжёлую дубовую раму и впустив в помещение по-настоящему свежий, пахнущий листвой и приближающимся дождём воздух. На пару секунд застыв наедине с нахлынувшим приятным чувством, я обернулся и кивнул девушке на окно, после чего зацепился руками за массивный подоконник, подтянулся, забрался на него и, развернувшись, протянул руку.

— Может, я просто перелечу?..

— Тебе нужно попробовать. Совсем другие ощущения. — Сказал — и наклонился ещё ниже, хватая Ксению за запястье и аккуратно подтягивая её вверх. Каюсь: пришлось помочь себе телекинезом, ибо слишком уж высоко я забрался, и до руки девушки не дотягивался. А давать заднюю не хотелось, так что пришлось жульничать. — Ну как?

Ксения, едва не запутавшись в юбке, неожиданно поднялась на ноги, ухватилась за оконную раму и высунулась наружу, вынудив меня придержать её за талию. Случайный порыв ветра ударил нам в лицо, и где-то позади послышался шелест разлетающейся бумаги. Больших усилий мне стоило подхватить кем-то оставленные записи до того, как они отдалились от меня более, чем на десять метров. Но я справился, и не допустил порчи чужого имущества. А как иначе? Творя беспорядок, следует присмотреть за тем, чтобы это ни на ком не сказалось. Основы поведения в социуме, так сказать.

Потому, спустившись по ту сторону окна, я поймал Ксению и вернул «запасной выход» в первозданное состояние: закрыл окно, запер его и даже затёр следы, которые остались от нашей обуви. Телекинез был действительно универсальной штукой, и у меня как раз возникла пара идей по его использованию в бою. Не факт, что до этого никто не додумался, — скорее даже гарантированно додумался, — но реализовать подобное наверняка могли не только лишь все. А хотел я создать лезвие толщиной в две-три молекулы, состоящее из телекинетического жгута — того самого, с помощью которого я взаимодействовал с окружающим миром, поднимая себя, двигая предметы и защищаясь…

— Артур?

— Извини. — Я улыбнулся, заталкивая мысли о боевом применении псионики как можно дальше. Завтра следует во время утренней «разминки» ещё и сознание ускорить, дабы обдумать как можно больше вещей. Слишком много дел тянется за мной следом, а ведь нужно всего-то притормозить, поумерить пыл и заняться всем тем, что было отложено в сторону. — Задумался немного. Ты не против, если сегодня мы не будем задерживаться допоздна? Нужно разобраться с кое-какими делами…

Я снова задействовал телекинез, прокладывая нам дорогу меж буйной растительности, опоясывающей здание подобно оборонительному периметру.

— Ты же не всерьёз считаешь, что я буду тебе что-то запрещать или требовать ещë больше твоего внимания? — С какой-то детской обидой спросила Ксения, когда мы наконец продрались через густые заросли. — Ты и так сделал для меня слишком много, Артур.

— Чем чаще ты это повторяешь, тем меньше мне это нравится. — Хмыкнул я. — Но твою позицию я понял. Тебе, если что, будет, чем заняться?

— Конечно. — Ксения уверенно кивнула. — Я и сама думала о том, что, возможно, сегодня с прогулками стоит закончить пораньше. Мне ещë пояснение писать…

— Пояснение?.