«Идиоты. О нём вообще никто не должен был слышать ещё лет десять как минимум!» — злорадствовал Тоширо, наблюдая за тем, как сворачивается временный «командный пункт», развёрнутый в давным-давно заброшенном сельскохозяйственном подземном хранилище. Рядовые члены культа споро выносили отсюда всё оборудование, а там, где это уже было сделано — затирали следы так, чтобы после них здесь не осталось ничего кроме пустых помещений и едкого запаха спецсредств. — «Зато теперь все заинтересованные лица узнают о том, что Империя лишилась козыря, на который, очевидно, полагалась, в последние дни принимая неоднозначные решения…».

Единственное, что ещё беспокоило Тоширо — это то, удалось ли подорвать бомбы своевременно, опираясь на время, которое затрачивал спровоцированный Геслер на перемещение от точки к точке. Это была одна из слабейших частей его плана, — впрочем, всего одна против десятка у главы, — абсолютно не поддающаяся контролю.

Тем не менее, достаточно подробная информация о поступках, поведении и характере цели, полученная из самых разных источников, позволила составить подробный психологический портрет первого псиона седьмого ранга. Выходец из простого народа, со своими необычными, — хоть и весьма распространёнными, — понятиями о чести и достоинстве уже единожды не прошёл мимо попавшей в беду девицы, и в целом позиционировал себя добродушным к друзьям и жестоким к врагам. Тоширо не обманули «случайности», происходящие со всеми теми, кто уже успел перейти дорогу перспективному псиону. Налицо было искусное использование дара — и столь же искусное устранение неприятелей.

Так что сподвигло Тоширо и подконтрольных ему стратегов считать, что появившийся из ниоткуда месяц назад парень точно бросится спасать людей, попавших в руки террористов? Помимо соответствующего психологического портрета, обеспечивающего немалую на то вероятность, объявленное во всеуслышание имя Геслера. Ведь террористы, транслируя своё требование по всем доступным им информационным каналам, и не думали скрывать, ради кого всё это устроено. Артур Геслер, студент столичной Академии и просто отличный парень, жизнь которого предлагали обменять на тысячу с небольшим гражданских. Даже лицо прилагалось, ведь парень не очень-то и скрывался. Да и даже если бы скрывался, свои люди среди персонала их элитного и якобы самого безопасного в мире учебного заведения в любом случае обеспечили бы культ необходимыми фото- и видеозаписями.

А это — серьёзный рычаг давления на сопляка, для которого подобная известность в случае наиболее трагичного исхода стала бы серьёзнейшим испытанием. Ну а ради сохранения своего доброго имени, — ведь это так важно, считает ли тебя трусом презренный плебс! — молодые готовы пойти и не на такое. Тоширо сам был таким, пренебрегая известной и старинной мудростью: нужно быть, а не казаться. Потому что «быть» порой было недостаточно, а если «казаться», то можно сэкономить немало сил и времени, заняв место, которое иным путём тебе было бы в принципе не получить. Люди в принципе куда охотнее верили образу и словам, а не фактическим делам. В культе, быть может, это было не столь эффективно в силу традиций и воспитания всех его членов, но людскую природу не вытравить никакой дрессировкой. Зверям нужен был уверенный в себе сильный лидер, и Тоширо уже давно шёл к тому, чтобы таким лидером стать.

Смерть нынешней цели с минимальными потерями живой силы — очередная ступенька на пути к возвышению…

— Господин. — Тоширо обернулся, найдя взглядом обладателя сиплого встревоженного голоса. Немолодой телепат сейчас выглядел ещё хуже, чем в начале операции. Куда хуже, ведь всё его лицо покрывала и не думающая переставать течь кровь, а в глазах, казалось, прочно засел какой-то безумный блеск. — Вы заплатите. Он запомнил ваше лицо.