Оригинал был прав, говоря, что не существует исхода, при котором люди сохранились бы как вид в вечности. И, как считал Артур, неправ в том, что людям можно не давать шанса закончить существование вида естественным образом. Что это значило для Аватара здесь и сейчас?

Лишь то, что усилия стоит сконцентрировать на небольшом временном отрезке, уже минувшем… а дальше наблюдать, учась и делая выводы.

Развязки или того, что можно было счесть предвестником таковой, не пришлось ждать долго: уже в ближайшие часы цесаревич, наконец, решился. Не уведомляя отца он со своими ближайшими соратниками, погрузился на борт транспорта и направился прямиком к окружённому войсками Центрального Калифата объекту с твёрдым намерением или как-то договориться на месте, или… предать.

Предать себя, Империю, свой народ и своего отца, чтобы поступить так, как велело ему сердце.

Весь неблизкий путь от точки до точки пролетел для Владимира Романова во мгновение ока. Наверное, именно по этой причине, высаживаясь на дальнем краю удерживаемого войсками Великого Калифата периметра, он ещё боролся со своими «внутренними демонами», и не сразу обратил внимание на направляющуюся к ним процессию.

— Цесаревич Владимир. — В человеке, вышедшем вперёд, встрепенувшийся наследник Трона Империи безошибочно определил Хусейна — одного из лидеров Великого Калифата, родившегося из Южного и территорий, в сжатые сроки и без особого кровопролития аннексированных этим государством. — Я до последнего момента считал, что ваше несогласованное заранее появление — лишь очередная попытка террористов вывернуться из западни. Потому я прошу простить нас за чрезмерные меры предосторожности…

Неглубокий кивок, сопровождающий слова мужчины, вернул Владимира в реальность, позволив заметить спешно сворачивающиеся огневые точки и многочисленных псионов, пытающихся притвориться ветошью. Все они держали под контролем именно тот участок посадочной площадки, на которую садился Имперский вертолёт.

— В этом всецело моя вина, старейшина Хусейн. Я не сообщил о своём визите заранее, потому как он, стоит сразу сказать, не является официальным. — Цесаревич отзеркалил неглубокий кивок. — Как вы уже знаете, Его Величество Алексей Второй, Император Российского государства, отрёкся от Лины Романовой, моей сестры…

Хусейн медленно кивнул, перебив цесаревича мягко и без явного намерения его этим оскорбить.

— И предложил провести операцию по зачистке объекта силами Российской Империи. Мне известно об этом, цесаревич Владимир. Стоит ли полагать, что вы прибыли сюда «инкогнито» потому, что не согласны с такой линией поведения?..

Владимир тут же подтвердил это предположение.

— Абсолютно верно, старейшина Хусейн. Я склонен считать, что в роду каждый несёт ответственность за каждого, и просто «махнуть рукой» на сестру после её ошибки и вашего отказа принять помощь — это неправильно. Я хочу лично поговорить с ней и, если удастся, переубедить в ошибочности избранного ею пути. И в таком случае террористы останутся с минимальным телепатическим прикрытием, что позволит безопасно провести зачистку объекта.

Владимир пусть и не вышел характером, но получил всестороннее образование как человек, метящий на Трон огромной Империи. Как наследник. И он знал, на что упирать в диалоге с представителем традиционных идеалов Востока: род, ответственность, готовность рискнуть, чтобы исправить ошибки членов семьи. Хусейн просто не мог не воспринять эти слова иначе, чем было нужно Владимиру… и всё в точности так и произошло.

— Нам будет весьма проблематично обеспечить вашу безопасность, цесаревич Владимир. Вряд ли террористы согласятся организовать вашу встречу тет-а-тет вне комплекса, а внутри… — Мужчина покачал головой так, что всё и само становилось понятно.