– Через пять дней прибудет дозорная галера.

– С палубы галеры я ничего не увижу. Пойду пешком.

– На восходе солнца тебя будет ждать охрана.

– Нет, – отказался Хай. – Я пойду быстрее и привлеку меньше внимания, если буду один. – Он посмотрел на Сторча. – Этот человек может стать проводником, если ты не ошибся и ему можно доверять.

Мармон передал шпиону приказ Хая и закончил:

– Теперь можешь идти. Поешь, отдохни и к восходу солнца будь готов.

Когда шпион ушел, Хай посмотрел ему вслед и спросил:

– Сколько ты ему платишь?

– Мало, – признал Мармон. – Соль, бусы, медные побрякушки.

– Интересно, зачем он это делает, – негромко сказал Хай. – Почему работает на нас, хотя на его теле еще не зажили рубцы от хлыста?

– Меня больше не удивляют поступки людей, – сказал Мармон. – Я столько раз видел странное поведение, что больше не задаюсь вопросом о причинах.

– А я задаюсь, – прошептал Хай, который все еще глядел вслед шпиону, обеспокоенный его предательством, которое так не соответствовало представлениям Хая о чести.

Хая его присутствие смущало, хотя Сторч прекрасно знал каждый изгиб реки, каждую складку местности, по которой они шли.

Они побывали в двух крепостях на южном берегу, и от их гарнизонов Хай узнал много нового. Дважды они находили следы больших отрядов, переправлявшихся через реку по загадочным делам, и еще немало признаков тайной деятельности, отчего беспокойство Хая усилилось.

Его тревожило, что эти признаки противоречат утверждениям Сторча о мире и спокойствии за рекой.

Они двигались быстро и тихо, ночевали, как лесные духи, в густых зарослях. Шли вечером и по ночам, а в жару отдыхали. Ели мало, экономя припасы и не тратя времени на охоту.

На четвертый день они пришли на вершину небольшого гранитного холма, откуда открывался вид на обширную долину, панорама, которая тянулась от одного хребта к другому и терялась в голубой дымке на горизонте. Тут река поворачивала на юг, делала петлю во много миль длиной и возвращалась почти к прежнему месту.

Хотя петля была длиной двадцать или двадцать пять миль, она едва достигала пяти миль в поперечнике. Дальше стояла еще одна крепость с сильным гарнизоном. В жарком воздухе они видели дым над ее кухонными кострами.

Хай долго смотрел на излучину реки, выбирая между долгим днем утомительного пути или быстрым, но опасным броском.

– Сторч, – спросил он, – можем ли мы пересечь реку? Есть там люди из племен?

Шпион не смотрел на Хая, лицо его ничего не выражало. Он неподвижно сидел на камне рядом с Хаем, и тому показалось, что он не понял вопроса.

– Короче пройти напрямик. Но безопасно ли это? – спросил он, и Сторч ответил:

– Я узнаю. Подожди.

Он вернулся за час до темноты и провел Хая на берег. Здесь в тростнике была спрятана узкая лодка-долбленка, источенная червями и пропахшая рыбой. Хай что-то заподозрил.

– Как ты ее нашел?

– Тут ниже по течению семья рыбаков.

– Сколько их?

– Четверо.

– Венди?

– Нет, софии.

– Воины?

– Рыбаки. Седобородые старики.

– Ты сказал им обо мне?

– Нет.

Хай заколебался, всматриваясь в темные глаза Сторча, пытаясь отыскать признаки предательства.

– Нет, – сказал Хай. – Мы не будем переправляться. Пойдем долгим путем. – Это была проверка. Он ждал реакции Сторча, ждал, что тот станет спорить, постарается убедить Хая переправиться.

– Как скажешь.