— А я, было, подумал, что Вы мне привиделись, — морщась от сильной боли в бедре произнес Дмитрий, не спуская взгляда, с прелестной девушки, которая протирала его лицо влажной тканью. Ее волосы были собраны в две толстые косы, которые умело, оборачивались вокруг ее головки. Весьма необычная притягательная красота юной девушки до крайности заинтересовала Дмитрия.

— Доктор велел Вам молчать, Ваше благородие, — произнесла Аглая, смущенная его настойчивым оценивающим взглядом.

— Где моя одежда? — спросил он хрипло, пытаясь приподняться.

— Я выстирала ее. Она здесь на лавке, — пояснила девушка, указав на аккуратно сложенный мундир, штаны и рубашку.

— Хорошо… — облегченно прошептал больной и вновь откинулся на подушку, ощущая, что его тело словно одна сплошная рана. Однако его глаза все же настойчиво описывали круги по девушке, которая хлопотала рядом с ним.

Наконец, она отошла от него, убирая миску с водой, и устремилась в горницу, что была за приоткрытой дверью. Дмитрий следил за девушкой взглядом, уже через открытую дверь, пока она перемещалась по комнате, что-то убирая со стола. Его цепкий взгляд отметил стройный соблазнительный стан девушки, и притягательный наклон ее светловолосой головки. Простой серый сарафан без украшений, белая сорочка с широкими рукавами, явно не украшали ее. Однако в ней чувствовалась порода, изысканная грация, словно она оказалась здесь случайно в этой убогой обстановке. Ее движения плавные, чувственные и призывные невольно притягивали взгляд Дмитрия. Она была чуть выше среднего роста, с тонкими руками и округлыми плечами. Узкая талия отчетливо выделялась по сравнению с ее округлыми бедрами, которые угадывались под юбкой.

В какой-то миг, светловолосая прелестница скрылась от его заинтересованного взгляда, и Дмитрий поморщился от ноющей боли, про которую на время забыл, изучая девушку. Глаша появилась на пороге его маленькой комнатки вновь и спросила:

— Может, кушать хотите? Щи поспели, и пирог с рыбой готов.

Дмитрий довершил изучение девушки, стоящей перед ним, отметив, что ее грудь довольно выпукла и высока. Широко улыбнувшись ей, он произнес:

— Пожалуй, щи я с удовольствием попробую.

Глаша смутилась от его горящего нагловатого взгляда, и быстро поспешила к печи. Спустя несколько минут она помогла Дмитрию сесть на постели, чуть приподняв подушки. А затем держала миску у его лица, чтобы он мог здоровой рукой есть наваристые щи. Для тяжело раненного, у Скарятина оказался отменный аппетит, и Дмитрий попросил еще добавки. После еды он устало откинулся на подушку, но не лег, а оперся на руку. Видя, что девушка поспешила в горницу с пустой миской, он окликнул ее:

— Спасибо Вам, заботливая птичка…

Глаша резко повернулась, и испуганно воззрилась на него. Коварная и невозможно притягательная улыбка на красивом лице молодого человека, вконец смутила ее, и она выронила миску из рук. Благо миска была деревянная и не разбилась. Глаша ахнула и тут же подняла ее с пола. Однако Дмитрий, отчетливо заметив смущение девушки, все же продолжил свою зазывную речь:

— Я так понимаю, именно Вам я обязан своим спасением? — Глаша глупо прижимая пустую миску к белой рубашке, медленно кивнула. — Я знал, что столь прелестное создание должно быть обязательно добрым, — грудным голосом произнес Скарятин и вновь улыбнулся ей.