На стене над комодом висела большая картина, которая, как следовало запомнить Лизе, называлась «натюрморт». Натюрморт этот написал Иоганн Дрекслер, и на нем были изображены букет роз с капельками росы на лепестках, цветы‑рябчики и ипомея. На длинной травинке художник поместил бабочку репейницу, а наверху слева ночную бабочку с коричневыми передними крылышками, желтыми подкрыльями и причудливым узором на спинке. Картина была в толстой позолоченной раме, и от стены ее отделяло пространство в шесть дюймов. Мать положила ключ на верх рамы, с правой стороны, и пока делала это, объясняла Лизе, что ночная бабочка называется «мертвая голова», потому что узор на ее спинке напоминает череп, то есть кости внутри человеческой головы. Если это делалось с целью отвлечь внимание Лизы от ключа и запертой комнаты, то Ив не добилась успеха.

Лиза понимала, что шансов добраться до ключа у нее не больше, чем получить собаку. Но она хотела добраться туда. Скоро это стало для нее основной целью жизни. Лиза много думала об этом, и она вспомнила, что в той маленькой книжечке, которую они когда‑то получили по почте и которой ей удалось полюбоваться лишь в течение пяти минут, после чего книжечку отобрали и разорвали, был рисунок точно такой же коробки, как та, что стояла в запертой комнате Шроув‑хауса.

С наступлением зимы, когда мать уезжала за покупками, она всегда запирала Лизу в Шроув‑хаусе, потому что там было тепло, иногда в маленькой столовой, иногда в библиотеке, иногда в одной из спален. Когда Лиза оказывалась в маленькой столовой, она проводила много времени, просто разглядывая кукол в шкафу. Куклы представляли исторических персонажей, как сказала мать, она назвала некоторых из них: королева Елизавета I, королева Мария Шотландская, мужчина по имени Красавчик Браммел1  , и еще один, которого звали Людовик Четырнадцатый, Флоренс Найтингейл и лорд Нельсон. (1 Красавчик Браммел – законодатель мод, английский денди, друг короля Георга IV (Прим. перев.))Н  о теперь вместо этого Лиза глаз не отрывала от картины с цветами, бабочкой и ночной бабочкой с черепом на спинке, зная, что ключ лежит на верху рамы, хотя она не могла увидеть его, даже если вставала на стул.

Наступил и прошел ее девятый день рождениа Было очень холодно, и парк Шроува был занесен шестидюймовым слоем снега. На смену морозам пришла оттепель, но подтаявший снег замерз снова, и дом, конюшни и каретный сарай, сторожка и маленький замок стояли все в сосульках. Морозный иней украсил все деревья, превратив их в пирамиды, водопады и башни из серебряного кружева. Дорога была завалена снегом, и мать не могла добраться до автобуса, чтобы попасть в город. Когда она наконец уехала, то оставила Лизу в библиотеке. Читая книги, играя с глобусом, разглядывая то из одного окна, то из другого птичек, прыгавших по снегу, Лиза постепенно очутилась в дальнем углу комнаты, здесь всегда было сумрачно, в этом самом темном месте залитого светом дома, и увидела предмет, прислоненный к стене, что‑то давно знакомое, но подзабытое – библиотечную стремянку.

Стремянка состояла из восьми ступенек и была достаточно высокой, чтобы даже коротышке дотянуться до самой верхней книжной полки. Но Лиза была заперта в библиотеке. В любом случае, подумала Лиза, стремянка слишком тяжела для нее, на вид она казалась громоздкой и была сделана из тусклого серого металла. Лиза потрогала ее, взялась за нее обеими руками, ухватилась за перекладины, которые скрепляли ступеньки. Она попыталась приподнять стремянку, считая, что это ей не под силу, но стремянка легко оторвалась от пола. Ступеньки были легкими, такими легкими, как если бы их сделали из картона, совсем маленький ребенок и то без труда поднял бы стремянку, Лиза подняла ее одной рукой.