Настя, не выдержав, нажала на кнопку и выключила телевизор. Наступившая тишина показалась еще более ужасной. Она беспомощно огляделась по сторонам — и внезапно громко, что есть силы, закричала.

Вернувшаяся после первой смены Наташа застала дома странную картину. Настя — в ее старой футболке, с босыми ногами, сидела в кухне на полу. Рядом с ней стояли пустая бутылка и рюмка, до половины заполненная прозрачной жидкостью. Настя сидела, скрестив ноги, и раскачивалась из стороны в сторону. Длинные распущенные рыжие волосы свисали по обеим сторонам лица, полностью закрывая его. Она даже не услышала, как открылась дверь.

— Настя! — с ужасом, почуяв неладное, воскликнула Наташа.

Настя подняла мутные глаза, улыбнулась какой-то странной, неестественной улыбкой и тихо сказала:

— Я ведь все знала заранее. Знала, что выстрелю. Что не промахнусь. Потому что мне запретили это делать. Запретили, понимаешь?! Он так и сказал — ты не имеешь права! Мне казалось, что я сильная, но на самом деле я оказалась слишком слабой… Слишком слабой для того, чтобы его не послушаться. Я… я совсем ничего не помню. Мне казалось, что я уронила пистолет, что я не смогла в него выстрелить. На самом деле, оказывается, смогла… А что мне оставалось делать, Наташа? Сначала я хотела просто ранить его. Я хотела попасть ему в плечо. Но ведь мне не разрешили. Ведь снайперы никогда не промахиваются. И я попала в сердце…

— Что ты несешь, Настя? — Наташа подлетела к подруге и попыталась поднять ее с пола. — Что за бред? Что за выстрелы в плечо и в сердце? Это у вас что, игра такая? В вашем тире, да?

Наташа смотрела в ее мутные глаза и начинала понимать, что на самом деле произошло что-то ужасное. Последние слова, которые она произнесла, были уже адресованы не столько Насте, сколько себе самой:

— Скажи, я ведь правильно поняла? Это новая игра? Соревнование? Что это?

— Ну что ты, Наташа, — Настя покорно позволила подруге оттащить ее в комнату и опрокинуть на диван, — какая игра?! Я на самом деле вчера его убила. Застрелила из пистолета…

— Да что ты несешь?! — прокричала Наташа. — Кого ты убила?!

— Олега, — произнесла Настя, равнодушно пожав плечами. — Я убила Олега.

В следующую секунду раздался громкий звук — Наташа и сама не сразу поняла, что это она его произвела. Настя, отшатнувшись, задумчиво провела ладонью по щеке, на которой алела тонкая рваная полоса — след от Наташкиного удара.

— Приди в себя, — злобно прошептала Наташа и закурила сигарету.

В голове была какая-то черная пустота — Настя вспомнила черный липкий занавес, сквозь который она пыталась прорваться, когда потеряла сознание. И вот теперь — то же самое. Ее словно парализовало — она ничего не чувствовала. Нервные окончания полностью потеряли чувствительность, уставший мозг отказывался работать.

— Настя!

Наташа встряхнула ее за плечи.

— Пусти, — наконец тихо проговорила Настя, — ты делаешь мне больно. Я тебе уже все рассказала. Перестань меня мучить.

— Но неужели ты не понимаешь, что ты его не убивала! Ведь сама же говорила, что выронила пистолет…

— Не знаю, — уставшим голосом произнесла Настя, — может быть, я ошибаюсь. Мне казалось, что я его выронила. Но может быть, я его выронила уже потом, после того как… Ведь кто-то же его убил!

«Так вот почему Сергей Сергеевич так настойчиво избегал разговоров об Олеге, — подумала она.