– Мы пошли за дровами, – объяснил ему Мэллори. – Через несколько минут вернемся. Не возражаешь?

– Конечно, нет, сэр. Что может за это время произойти?

Оставьте рядом автомат и свечку погасите. – С улыбкой добавил:

– Не забудьте назваться, когда вернетесь, Нагнувшись, Мэллори дунул на свечу. Полночный мрак поглотил и людей, и предметы, находившиеся в пещере. Мэллори повернулся на каблуках, приоткрыв полог, выбрался наружу, за ним Андреа и Лука. Мела поземка, занося слоем снега дно оврага.

На то, чтобы отыскать хижину старого пастуха, ушло минут десять. Еще пять – на то, чтобы Андреа смог сорвать с расшатанных петель дверь и разбить ее на удобные для переноски обломки. То же произошло с нарами и топчаном. Еще десяток минут понадобилось на то, чтобы стянуть веревкой дрова в вязанки и доставить их в пещеру. Северный ветер швырял в лицо пригоршни мокрого снега, достигая штормовой силы. Добравшись до лощины, путешественники оказались под защитой крутых ее откосов.

Возле устья пещеры Мэллори негромко подал голос. Не услышав ни единого звука, он снова позвал Стивенса и напряженно прислушался. Спустя несколько секунд повернулся и взглянул на Андреа и Луку. Аккуратно опустив вязанку на снег, достал кольт и фонарь, отодвинув полог, вошел. Переводчик‑предохранитель и выключатель на фонаре щелкнули одновременно.

Луч фонаря упал на пол пещеры у самого входа, переместился дальше, задержавшись на одном месте, затем устремился в дальний угол пещеры, вернулся назад и застыл, упершись в середину. На полу валялся скомканный спальник. Энди Стивенса не было.

Глава 9

Во вторник ночью. 00.15‑02.00

– Выходит, я ошибся, – растерянно проговорил Андреа. Он тогда не спал.

– Конечно, нет, – угрюмо отозвался Мэллори. – Он и меня провел. Ко всему, он слышал мои слова. – Губы капитана скривились в горькой усмешке. – Мальчишка понял, почему мы так о нем печемся. Понял, что был прав, заявив, что тянет нас ко дну. Не хотел бы я испытать те чувства, которые он сейчас испытывает.

– Нетрудно понять, почему он ушел, – кивнул Андреа.

Бросив взгляд на часы, Мэллори выбрался из пещеры.

– Прошло всего двадцать минут. Далеко он уйти не мог.

Может, даже меньше двадцати. Он хотел убедиться, что мы ушли.

Прополз он не больше полуста метров. Через четыре минуты найдем. Включите фонари и капюшоны снимите. В такую пургу, будь она неладна, нас никто не увидит. Поднимайтесь веером вверх по склону. Я пойду посередине лощины.

– Вверх по склону? – удивленно спросил Лука, положив ладонь на предплечье новозеландца. – Но ведь у него нога...

– Я сказал: вверх, – нетерпеливо оборвал его Мэллори. Стивенc парень сообразительный. И смелее, чем мы думаем. Он решил, что мы пойдем в том направлении, где ему будет легче двигаться. – Помолчав, капитан угрюмо продолжал:

– Умирающий, который не хочет быть обузой, выбирает самый трудный вариант.

Пошли!

Лейтенанта нашли спустя ровно три минуты. Он, видно, сообразил, что Мэллори на удочку не попадется, а возможно, слышал, как карабкаются по склону его преследователи, и поэтому ухитрился выкопать себе нору в сугробе, нависшем над верхней кромкой лощины. Лучше укрытия не сыщешь. Но Стивенса выдала раненая нога. В свете фонаря наметанный глаз Андреа заметил темневшую на снегу струйку крови. Юноша потерял сознание – не то закоченев от холода, не то выбившись из сил, не то от боли в изувеченной ноге, а наиболее вероятно, от всего вместе.

Доставив раненого в пещеру, Мэллори попытался влить юноше в рот немного «узо» – жгучего, как огонь, напитка местного изготовления, от которого перехватывает дыхание.