– Дерьмо ты ослиное, боярин, – презрительно скривился Александр Сергеевич. – И княгиня сама решит, что с тобой делать. Живи пока.

– Я требую суда… – прошептал Каганов.

– Княгиня рассудит, – пожал плечами боярский сын.

– Я требую суда поединком! – закричал пленный боярин.

– Да? – удивился Сильнов. – Ну что же, так даже проще. Я согласен.

– Не с тобой, пёс! – покачал головой Каганов и расхохотался. – С ним!

Взгляды всех присутствующих скрестились на мне. А на меня какая-то апатия навалилась. Я просто стоял и смотрел на обезглавленное тело младшего Каганова.

– И думать забудь! – отрезал Сильнов.

– Не тебе решать, пёс! – оскалился боярин. – Богам!

– Так бейся со мной, – в очередной раз проигнорировал оскорбление боярский сын.

– Я боярин, пёс! И боги знают это. Потому требую поединка с вашим господином. Но он может отказаться, – снова рассмеялся полубезумным смехом Каганов. – И тогда все будут знать, что боярич Дёмин трус, который прячется за своих людей!

– Все будут знать то, что я им скажу! – повысил голос Сильнов. – Так что закрой свой рот и не вынуждать убить тебя до суда.

Но боярин не испугался. Он сплюнул на землю и расхохотался полубезумным смехом.

Ну да – думает что отомстил. Надеется, что я сейчас откажусь и уроню свой авторитет среди бойцов рода.

И, в принципе, так и будет. Суд богов – дело такое. Откажешься и покроешь себя позором на всю жизнь. Если я хочу со временем действительно стать во главе Младшей ветви рода, то отказ перечеркнёт все мои планы. Да и в княжестве оставаться в таком случае тоже не имеет смысла. Все будут знать, что я трус.

Хотя на самом деле не всё так грустно. Он боярин с огромным боевым опытом и каким-то там рангом. А я всего лишь молодой боярич, что пороху не нюхал. Но…

Эта тварь хочет, чтобы нас рассудили боги! То есть переложить вину за мёртвого сына на кого-то другого. А заодно и отомстить. Но хрен там! Суд богов, так суд богов! Этот ушлёпок даже не догадывается, с кем связался!

– Как же вы мне надоели, со всем вашим чёртовым родом, – негромко произнёс я и, наконец-то, посмотрел на боярина Каганова. – Суд богов, говоришь? Ну что же – убью тебя лично!

– Маркус, ты чего творишь?! – схватив меня за плечо и повернув к себе лицом, зашипел Сильнов.

А вот находившиеся рядом воины явно повеселели. Зрелища хотят.

– А что ты предлагаешь, дядь Саш? – так же тихо огрызнулся я. – Отказаться и покрыть себя позором? Сам же сегодня про путь чести говорил…

– В данном случае этот путь ведёт к твоей смерти! – сквозь зубы прорычал боярский сын. – Он – мечник четвёртого ранга! Понимаешь, что это значит?

– Четвёртого? – немного опешил я. И идея поучаствовать в поединке сразу же потеряла всё свою привлекательность.

– Четвёртого! – повторил Сильнов и выругался. – Чем ты вообще думал…

– Так, подожди! – перебил я его. – Правила какие? Оружие?

– Оружие любое. Но Каганов – мастер сабли. Правил никаких.

– Ага… Сабля, говоришь? Так, так… Мне надо подумать!

– О чём, мальчишка? – грустно спросил дядя Саша. – Думать надо было раньше…

– Десять минут у меня есть? – не обратил я внимания на его слова.