– Не вели казнить, вели слово молвить!

– А? – растерянно приоткрыла ротик Саблеслава. Потом до неё видимо дошло, она закрыла рот и нахмурилась. – Насмешничаешь, что ли, боярич?

– Никак нет, княгиня, – сделав серьёзное лицо, вытянулся я в струнку. – Просто не понимаю, какую боярышню мог обидеть. И когда.

– И правда не слишком умный, – пробормотала себе под нос княгиня. Затем добавила: – Боярышню Синицыну ты обидел. Сегодня.

– Не помню такого, – открестился я.

– Не помнишь? Ну-ну! Сделаю вид, что поверю. Между прочим, именно из-за Синциной боярич Каганов лишился руки. А ты чуть было не лишился жизни.

– Это как так?! – не на шутку удивился я.

– Любит он её, – пояснила княгиня.

– А я тут при чём?

– А она ему, не от большого ума, сказала, что за тебя замуж выйдет.

– Да с какого перепуга?! – совсем уж офигел я. – Я её знать не знаю.

– Эх, – вздохнула Саблеслава, – все вы, мужики, дуболомы непонятливые. Хоть и бояре.

– Вот тут даже соглашусь. Этот Каганов совсем дебил. Какого хрена он вообще меня на поединок вызвать решил? Нельзя, что ли, было просто подойти и поговрить?

– Боярич, – округлила глаза княгиня, – а ты не забыл с кем разговариваешь? Я тебе что, подружка?

– Прощеньица просим, княгинюшка! – усмехнулся я. От былой растерянности не осталось и следа. Да и девушка, что так и продолжала сидеть в слишком большом для неё кресле, больше не подавляла. Обычная красивая девчонка. Хоть и княгиня. Да к тому же и непонятная. Чего ей вообще от меня надо? А то, что что-то надо – это однозначно. Иначе к чему вообще эта встреча тет-а-тет?

– Балабол! – фыркнула Ульчинская. – Ладно, поговорим серьёзно. Хочу, чтобы ты знал. Я не хотела этой дуэли. И хоть Каганов мой боярин, но в данной ситуации я была на стороне Дёминых. И сделала всё, чтобы решение принимал Михаил Васильевичем. Ему достаточно было всего лишь сказать, что он против. И никакого поединка не состоялось бы. Понимаешь?

– Я, в принципе, так и думал.

– Но боярин Михаил, – продолжила княгиня, не обратив внимания на мою реплику, – зачем-то решил усугубить конфликт. Или же попросту избавиться от тебя, боярич. Никто ведь не думал, что ты сможешь победить. И боярин Иван, хоть и мог повлиять на брата, но не сделал этого.

– К чему ты клонишь, Саблеслава Мечеславовна? – серьёзно спросил я, понимая, что начался тот самый разговор, ради которого мне и назначили аудиенцию.

– К тому, Маркус, что в роду Дёминых тебе будет очень сложно выжить.

– А без рода Дёминых ещё сложнее.

– Возможно, – кивнула княгиня. – Но есть варианты.

– Я весь внимание!

– Мой отец, князь Мечеслав, – заговорила Саблеслава, после небольшой паузы, – был очень дружен с Михалом Васильевичем. С самого детсва. Именно поэтому он терпел род Дёминых на нашей земле.

– Терпел? – уточнил я.

– А ты как думаешь? Сильнейший боярский род, который выращивает элитных бойцов, располагается большей частью на землях княжества Ульчинского, но при этом служит Государю. Тебе такое понравилось бы?

– К счастью я не князь.

– И мой отец терпел, – снова не обратила внимания на мои слова княгиня. – Потому, что всегда мог поговрить с главой рода и решить любые разногласия.